«Пять минут! Катер к вам же вышел! Ждите!»

– Вот теперь я узнал, что такое арабские пять минут, – пробурчал Ринат.

Танкер медленно покачивался на легкой зыби и дрейфовал в сторону двенадцатимильной пограничной зоны. Джексон нервничал, грыз зубочистки и время от времени либо выбегал на мостик, размахивая руками и набирая йеменские номера по мобильнику в попытке уловить волну связи, либо взбегал по трапу на пеленгаторную палубу, пытаясь дозвониться хотя бы с этой верхотуры.

На Джексона и впрямь было больно смотреть: полковник заметно осунулся и посерел лицом, руки его нервно дрожали. В конце концов и у Мазурини сдали нервы, он попросил у начальника радиостанции сигаретку и отправился в курилку.

Примерно два часа он не выпускал из рук мобильный телефон, и наконец повезло – сумел дозвониться до берега. Экс-полковник стремительно спустился в рубку, напустил таинственность на рябую рожу и, энергично размахивая руками, отогнал прочь от себя устремившийся с расспросами народ – мол, позже все расскажу!

– Измена!!! Он продает нас с потрохами, – вновь принялся накликивать беду Гарри, бурча мне на ухо свои подозрения. – Не верю я ему. Джексон – крыса! Костя, поверь чутью опера – он не тот, за кого себя выдает. Нужно Джексона вышвырнуть за борт!

– Не нагоняй волну, глупости, – отмахивался я от паникующего товарища, но у самого на душе было совсем не спокойно.

– Но ведь Алекс говорил, что этот Джексон – проверенный человек, опытный боец.

– Ты его проверял? Имена, явки, пароли! Кто может подтвердить? Оставшиеся в живых после проверки очевидцы есть? То-то же!..

После полуночи мастер выставил усиленную вахту: я и Гарри разделили ночь пополам и вместе со штурманами, вооружившись заточенными пиками и баграми, бродили с крыла на крыло, с опаской всматриваясь в кромешную тьму. А боцман и матросы с дубинами и ломами в руках патрулировали палубу, хаотично снуя между трубопроводами и горловинами танков. Как назло, ночь была темная – безлунная. Корабль опутала липкая тревога, а под утро для полноты тревожного состояния плотными клубами окутал туман…

С первыми лучами солнца нервное напряжение на борту постепенно начало спадать, а когда сумерки рассеялись, экипаж окончательно успокоился: куда ни кинь взгляд – всюду силуэты лежащих в дрейфе больших и малых судов, чего-то ожидающих. Ясное дело, чего они ждали – тоже оружия.

Ближе к завтраку арабы сами вышли на связь и сообщили о выходе катера из порта. И действительно, вскоре на экране радара появилась точка, и через некоторое время шустрый военный катерок береговой охраны уже был виден невооруженным глазом. Утлое остроносое суденышко, зарываясь носом во встречную волну, устремилось к огромному танкеру.