Шакал дёргался и извивался, а я навалилась на него и била наотмашь горящей шашкой.

Когда зелёная туша перестала двигаться, услышала голос.

— Что ты, твою мать, творишь?!

Я огляделась. Вадим стоял у корабля, взъерошенный и ошалелый. Вдалеке лежал на боку шакал, видно пытался уйти, да свалило снотворное. Других тварей как ветром сдуло. На земле тлел сигнальный факел. Второй валялся рядом, шипя и испуская искры. У ног бесформенной кучей лежала мохнатая туша. Пахло палёной шерстью. Мышцы болели, локоть саднило. В голове стоял шум, и вместе с тем было удивительно легко.

Вадим смотрел на меня как на припадочную. Мне вдруг стало стыдно за безрассудную выходку.

— Что это было? — поинтересовался он не то зло, не то удивлённо.

— Прости. Извини. Нашло что-то, — стала оправдываться я. — По старой памяти.

— Они же огромные, эти твари, Ань, сдурела совсем?!

— Да нет, эти некрупные. Это же шакалы, — выпалила не подумав, увидела выражение лица геолога и осеклась.

— Не крупные? — недоумённо переспросил он и, помолчав, велел: — Иди к вездеходу. Откуда ты взялась-то такая?!

Подниматься по склону было сложно, обожжённая кисть горела огнём, саднило спину и ушибленный локоть. Навалились слабость и оцепенение. Я боялась думать о Кае, страшилась, что вернётся чувство беспомощности и тоски.

У вездехода Вадим спросил:

— Нет, царапины, ерунда.

— Дай, посмотрю, — недовольно потребовал он.

Я показала ладонь. Геолог нахмурился.

— Тогда не ерунда. Что на тебя нашло? Совсем звезданулась?!

Вадим осмотрел придирчиво мою перепачканную майку и спину.

— Что-то я уже не хочу никуда с тобой ехать, — сказал он.

— Ну а что было делать? Ждать, пока сами уйдут?

— Не, эти не уйдут, будут выжидать. Поверь, я этих тварей знаю.

Вадим посмотрел долгим внимательным взглядом, сел за руль. Когда я устроилась рядом, он спросил:

— Тяжело здесь было?

— А оружие? На «Десантниках» вроде есть.

Вездеход тронулся с места.

— Да. Два комплекта. Одно ружьё вот здесь утонуло, когда овраг затопило. Второе на «Десантнике» осталось. Потом, кстати, выручило меня. — Я усмехнулась воспоминаниям.

— М-да, — протянул Вадим.

— Если не хочешь со мной, завтра одна поеду. Только держи язык за зубами.

— Я вообще-то не из болтливых, — обиделся геолог. — Поеду, куда я денусь?

Бессонная ночь давала о себе знать, усталость валила с ног. В своей крохотной каморке я скинула одежду и повалилась на койку. Сил хватило только на то, чтобы намазать ожог, по счастью небольшой. «Завтра, как только представится возможность, начну переводить послание от Кая», — подумала, проваливаясь в сон.

Утро наступило слишком быстро. Я, всклокоченная, с красными глазами, никак не могла прогнать остатки дрёмы. Вадим выглядел не лучше.