Словно что-то обдумывая, Алексей нахмурил брови и, слегка отстранив от себя податливое тело, очень серьезно произнес:

— Запомни: у меня только один друг — Артем. Все остальные — приятели или просто хорошие знакомые. А с Филей на всякий случай будь поосторожнее. Да и с другими тоже.

Говоря это, он продолжал гладить Тамару по распущенным волосам, затем привлек к себе ее голову и, стараясь не коснуться ссадины, осторожно поцеловал в лоб.

— И все-таки пойдем ко мне, — снова предложил он. — В холодильнике есть лед, да и бутылка шампанского еще не совсем согрелась.

Не будем же мы до шести утра стоять на коридоре?

— Хорошо, — поколебавшись, согласилась Тамара.

Продолжая наблюдать за ней краем глаза, Леша отдал должное ее решительности: попадись им навстречу кто-нибудь из «шестерок» декана — завтра могло случиться много шума. Радченко с новой дамой! А уж о Крапивиной, слывущей до этого недотрогой, сплетен хватило бы на всю оставшуюся в общежитии жизнь! Странно, ведь раньше он никогда не задумывался, что чувствовали девушки, которых он приводил к себе по ночам.

Пока Тамара умывалась, он достал из морозилки лед, завернул его сначала в целлофановый пакет, затем в полотенце. Закрыв на защелку дверь в комнату, он усадил ее на стул, заботливо приложил к кровоточащей ссадине холод, включил настольную лампу и погасил верхний свет. Щелкнула клавиша магнитофона — и комнату наполнила популярная итальянская мелодия. Приглушив звук, Алексей вытер другим полотенцем бутылку шампанского и принялся раскручивать проволоку.

— Я люблю шампанское: там, под пробкой с проволокой, спрятано хорошее настроение, — наблюдая за его руками, с улыбкой произнесла Тамара.

Не пророни она эту фразу, вечер — или, скорее, ночь — развивался бы по совсем другому сценарию: трюк с проволокой от бутылки шампанского был одним из самых проверенных. «А почему бы и нет?» — мелькнуло в голове у Алексея, и, чувствуя поначалу непонятное сопротивление в душе, он все же начал игру.

— А вот угадай, какая длина проволоки, если ее распрямить?

— Сантиметров пятнадцать, — предположила девушка, не подозревая, что попалась в ловушку.

— Пятьдесят один.

Плюс минус пять миллиметров, — заявил он, прекрасно зная, что последует дальше.

— Не может быть!

— Может. Спорим?

— Спорим!

— На желание.

— Идет! — согласилась она не задумываясь.

— Но сначала выпьем. Глоток хорошего настроения нам не помешает.

Раздался легкий хлопок. Спустя секунды, издавая характерное шипение, шампанское стало быстро подниматься по стенкам бокалов.

— За тебя и за твое совершеннолетие! — произнес Алексей и, присев напротив Тамары, заглянул ей в глаза.