Он даже считал это обязательным элементом игры и сам играл по правилам: шаг за шагом, движение за движением, мягко, нежно, настойчиво…

На несколько мгновений Тамара застыла. И тут, протестуя и возмущаясь, друг за другом стали поднимать голову забытые, вдолбленные годами принципы. С каждой расстегнутой пуговицей протест становился все громче.

«Нет! Нет! Нет!» — долетало до опьяненного сознания, медленно скользящего вниз по спирали.

«Никогда не доверяй мужчинам», — неожиданно встали на этом пути мамины слова.

— Нет! — почти криком вырвалось у нее. — Нет…

Но, едва не задохнувшись от страстного поцелуя, она тут же снова забыла о принципах, сам собой рухнул барьер из маминых слов, и сознание беспрепятственно поплыло дальше вниз по спирали.

Большие круги постепенно сужались, сопротивляться нарастающей скорости не хотелось, и, если бы не отвлекающие движения за спиной, она уже давно сорвалась бы в «штопор», за которым не было ничего…

И тут, с большим опозданием, до нее стало доходить, что за спиной она чувствует не что иное, как расстегивающие застежку бюстгальтера руки Алексея. Затем одна из них скользнула вниз, дотронулась до обнаженного колена и медленно отодвинула край юбки.

В ту же секунду в мозгу что-то щелкнуло, сознание моментально прояснилось, а взгляд четко сфокусировался на бутылке из-под шампанского. Через мгновение, изо всех сил толкнув нависшее над ней тело, она извернулась и вскочила на ноги. Застигнутый врасплох Алексей не сразу понял, что произошло. Присев на кровати, он стал тупо наблюдать, как непослушными руками Тамара пытается застегнуть блузку.

— Что-то не так? — недоуменно спросил он.

— Если это и есть твое желание, то я не могу его исполнить, — стоя к нему спиной, отрывисто ответила она.

— Почему? Сегодня не можешь? — осененный догадкой, уточнил он с легкой досадой в голосе. — Объяснила бы сразу, не маленький.

Сообразив, на что он намекает, Тамара густо покраснела.

— Ладно, — пригладил он волосы пятерней и тоже поднялся. — Успокойся…

— Успокойся? — повернулась она к нему. — Попалась как дурочка… Проволока, желание… Хочешь знать, когда я его исполню? Никогда! Не зря о тебе такая слава по общежитию идет…

— И какая же такая слава? — неожиданно рассердился Алексей.

 — Что ты строишь из себя? Неужели, когда шла ночью ко мне в комнату, не догадывалась, чем заканчиваются такие походы?

— Представь себе, нет! А шампанское я тебе верну, и даже не одну бутылку. Как я понимаю, здесь оно не залеживается… Жаль, потерянное на меня время возместить нечем, плюс удар по твоему самолюбию… Но извини, в отличие от других, кого ты приводишь к себе на ночь, мне есть что терять."

"— Ах вот в чем дело! — наконец-то сообразил Алексей и досадливо поморщился.