Несколько месяцев родители не давали о себе знать — переезд и обустройство на новом месте заняли немало времени — и Тамара с тетей Аней более-менее спокойно претворяли в жизнь многое из того, что было задумано: работа, Москва, новый вуз, установочная сессия.

Правда, в Минск дважды приезжал отец. Возможно, мать посылала его провести с Тамарой разъяснительную беседу, но Аркадий Иванович не проронил ни слова по поводу бесславной беременности дочери. И она осталась ему благодарна на всю жизнь. Возможно, это обстоятельство помогло им понять друг друга в дальнейшем, когда отец женился во второй раз: дочь от первого брака вместе с сыном даже присутствовали на крестинах сводного братишки, о чем Антонина Степановна до сих пор не подозревала.

Но все это было гораздо позже. А тогда, за две недели до родов, в Минске появилась мама — прибыла на курсы при партшколе. Как выяснилось, она вовсе не рассталась с мыслью спасти дочь от внебрачного ребенка и, по-своему разъяснив ситуацию главврачу роддома, стала уговаривать Тамару отказаться от малыша.

Вмешалась тетя Аня. Справедливо опасаясь, что, пока племянница будет лежать в одной больнице, а новорожденный — в другой, сестра сможет осуществить свой план, она оформила отпуск и забрала Сережку домой. Как ей удавалось смотреть за ребенком и навещать Тамару в больнице, никто не знал, но когда измученная болезнями молодая мама появилась наконец дома, ее встретил розовощекий двухмесячный малыш.

С матерью же Тамара не общалась до самых похорон тети Ани: никак не могла простить. Но понять — поняла: пытаясь перед смертью примирить дочь и мать, а заодно и исповедоваться, тетя Аня призналась, что много лет назад помогла младшей сестре тайно сделать аборт. Видимо, за этот грех ее и наказала судьба бездетностью. В мир иной она уходила с чистой совестью — упасла от подобного шага племянницу и была благодарна за то, что к концу жизни та дала ей возможность почувствовать истинное счастье: едва залепетав первые слова, Сережка стал называть ее бабушкой. Жизнь, вопреки всему, не была прожита зря…

— …Да-а-а… — протяжно выдохнула Инна: даже у нее не осталось сил бурно реагировать на превратности Тамариной судьбы. — У меня остался один вопрос: как в этой истории снова оказался замешан Филевский? — покраснела она. — Мне тогда Артем рассказывал, будто ты стала с ним встречаться назло Лешке. Или я что-то путаю…"

"— Как сказать. — Тамара снова потянулась к опустевшей пачке сигарет. — Леша действительно застал его в моей комнате… Я хорошо помню тот день еще по одной причине: у меня тогда юбка впервые не застегнулась, — подтянув ближе чистую пепельницу, усмехнулась она. — Спрятала все под пиджаком и отправилась к тебе в роддом — поздравить с рождением дочки.