— С незапамятных времен, — начал он, — человечество использует для своих нужд различные виды энергии. Первым таким видом, помимо механической энергии собственных мускулов, стала химическая энергия топлива, превращающаяся при сжигании в тепловую. После человек научился применять энергию ветра для движения судов. Долгое время ничего кроме этого не использовалось. Люди пытались находить более эффективное топливо, улучшать тепловые преобразователи. В конечном итоге появились печи, топящиеся каменным углем. В процессе совершенствования преобразователя энергии ветра — паруса, была разработана сложнейшая система ветроулавливания, построены скоростные парусные суда.

— Они были настолько хороши? — недоверчиво спросил аспирант Иванов.

— Они были безупречны, — вскинул голову Тушканов. — По свидетельствам очевидцев, даже при таком ветре, когда человек мог ходить с зажженной свечой по палубе, они имели до шести узлов хода.

Профессор передохнул, отпил чаю и продолжил:

— Долгое время не появлялось ничего нового. И даже магия, известная с незапамятных времен, не меняла установившихся порядков, поскольку была уделом лишь немногих.

И неизвестно, сколько бы длился этот застой, но случилось Обретение. Восемьсот с лишним лет назад господин Крокус кардинально изменил мир. Всё дело в том, что магическая энергия, в просторечии называемая так же маной, посредством конструктов может быть конвертирована почти в любой другой вид энергии с минимальными, пренебрежительно малыми потерями на преобразование. Именно поэтому магическая энергия является наиболее выгодной для человека.

Тушканов увлёкся. В его глазах зажегся фанатичный огонь праведного теормагика.

Бородка встопорщилась, пиджак расстегнулся, а большой палец левой руки как-то сам собою зацепился за пройму жилетки. Профессор подхватил с тарелки недоеденное пирожное и указал им в пространство:

— Возьмём, к примеру, те же автомобили. Для движения они используют химическую энергию, запасённую в ископаемом топливе. Кстати сказать, запасы нефти на планете вполне конечны, и при сохранении текущего потребления лет через пятьдесят нас ждёт жесточайший топливный кризис. И ладно бы вся полученная энергия шла в дело.

Так нет же, на совершение полезной работы уходит лишь двадцать-двадцать пять процентов затраченного. Лишь самые совершенные и заодно самые сложные конструкции двигателей могут похвастать КПД близким к пятидесяти процентам. Если учесть потери в механизмах передачи вращения от мотора к колёсам, картина выходит и вовсе удручающая. Магическая же энергия без потерь может целиком быть направлена на вращение колёс. И устройство передачи энергии будет небольшим и очень легким.