Поехали, у нас мало времени.

Тигран поднялся и опустил на стол крупную купюру, расплатившись за мой заказ.

— Никуда я с тобой не поеду.

Мужчина прикрыл глаза, вздохнул.

— Тебе, что, ничего не объяснили, да? Ты моя жена, и нужна мне в некоторые моменты. В нашем пухлом договоре есть не один пункт о том, что если мне потребуется сопровождение, куда бы то ни было, ты меня сопровождаешь. Настало время отрабатывать свои миллионные гонорары, красивая.

И ни одного слова в качестве извинения.

Бездушный… Черствый… Циничный!

— Идешь или мне посодействовать?

Вдоль позвоночника пробежал мороз от его тяжелого, взбешенного взгляда.

В памяти мгновенно ожили слова Осло о семье, о необходимости не создавать им проблемы собственным непослушанием.

— Прошу, — махнул рукой, пропуская меня вперед.

Прямо напротив входа, нарушая все правила, бы припаркован внедорожник. Тигран открыл передо мной дверь и протянул руку, помогая взобраться, я неловко дернулась в сторону от его рук и ударилась макушкой.

Шипя, залезла на заднее сиденье, потирая ушиб.

Ко мне потянулись руки Тиграна, я забилась как можно дальше, в угол, к двери, чтобы он меня не трогал.

Рука Тиграна повисла в воздухе.

— Не трогай меня, — голос прозвучал визгливо и с плаксивыми интонациями.

Пальцы Тиграна сомкнулись в кулак, он сел ровно, выпрямился, опустил сомкнутые кулаки на бедра и смотрел прямо перед собой.

— Тебе придется меня терпеть. Более того, демонстрировать, что мы пара, — сухо произнес он. — Постарайся не дергаться. Время привыкнуть ко мне рядом у тебя будет.

— Я никогда не привыкну к тому, что ты снова будешь меня трогать, чудовище.

Тигран повернул голову в мою сторону и посмотреть не мигая:

— Ты была бы не против течь и стонать, извиваться на моем члене довольно, на потеху кому-то? Устроила бы шоу на потеху.

— Я бы отказалась. Ты не оставил мне выбора уйти.

— Тогда от тебя бы просто избавились или чего похуже… Меня застали врасплох и пришлось действовать именно так. Все, больше мы эту тему не поднимаем! — заявил так, словно я ему все уши прожужжала и надоела.

А я… Я всего-то в первый раз ему высказалась и то не до конца. Возмущение с головой меня захлестнуло.

— Только один вопрос: когда развод?

— В моей семье разводы не приняты.

— А как же я… Моя личная жизнь… Мои… Мои отношения.

— Я — твоя личная жизнь и твои единственные отношения. Захочешь мужской ласки, приходи, с лихвой компенсирую неудобства.

В ответ на мое предложение Малая повернулась и посмотрела на меня с таким презрением во взгляде, что я мог бы провалиться под землю, если бы дал шанс совести управлять собой.

Сгорел и кучкой пепла предпочел покинуть машину, смешавшись с грязью. Но вот беда, я давно научился только слушать голос совести, но поступал так, как выгодно мне.