Но флегматичным он оставался ровно до тех пор, пока Дороти не включила свой фирменный взгляд глубоко незамужней женщины, который не мог выдержать ни один мужчина. Обладатель безупречной ливреи исключением не стал. Он странно покосился на пышный лиф Дороти, нервно сглотнул и переместил глаза куда-то вдаль. Только после этого на его лицо вернулась чопорная невозмутимость.

– Николетт Огюстье, – представилась Николетт, – младшая дочь господина Огюстье. Хотела бы видеть лорда Теодора.

– Позвольте узнать, по какому вопросу, – осведомился дворецкий, тщательно избегая взгляда Дороти.

– По объявлению. Я слышала, ему нужен писарь.

– Вы имеете в виду то объявление, где говорилось о мужчине средних лет? – дворецкий приподнял бровь.

Было ли это изумление или ирония, Николетт разглядеть не успела, потому как именно в этот момент Дороти расправила плечи и чуть подалась вперёд. Её волнообразные телодвижения заставили дворецкого вновь невольно соскользнуть взглядом на обтянутые пёстрым материалом формы. Вторая его бровь последовала примеру первой – тоже приподнялась. В судорожной попытке вернуть лицу невозмутимость, он икнул и поспешил развернуться спиной.

Чинной степенной походкой, какой обладают только самые вышколенные дворецкие, он провёл Николетт и Дороти через просторный холл в гостиную.

– Ожидайте, – кивнул на кресла у камина. – Я осведомлюсь, сможет ли лорд Теодор вас принять.

Николетт опустилась в кресло и восхищённо обвела комнату взглядом. Кругом красное благородное дерево, дорогое стекло с изысканной гравировкой, мягкая мебель драпирована самосветящимися восточными шелками. Внутреннее убранство замка совсем не производило того мрачного впечатления, которое создавалось снаружи. Хотя всё равно тут царил какой-то уж слишком мужской порядок, не то что в доме папеньки, в особенности, когда все сёстры Николетт ещё жили там.

Дворецкий не возвращался довольно долго. Николетт уже начала беспокоиться, что лорд Теодор отказался её принять. Такой же узколобый, как и все мужчины! Лучше останется совсем без писаря, чем примет на работу юную леди? Ещё и Дороти масла в огонь подливала – ворчала, что у такого нерасторопного чопорного сухаря-дворецкого и господин соответствующий. Надежда уже почти совсем растаяла, когда в гостиную зашёл тот, о ком только что так нелестно отзывалась служанка.

– Лорд Теодор готов уделить вам время. Прошу вас, госпожа Николетт, следуйте за мной, – глядя поверх голов гостий, произнёс он.

Перед тем, как Николетт поднялась, Дороти успела ей шепнуть:

– Госпожа, узнайте у лорда, холост ли его дворецкий.

Николетт оставалось лишь улыбнуться и закатить глаза – только этой заботы ей не хватало.

Глава 5.