И, главное, неженатый…

– С чего ты взяла, Дороти, что дворецкий генерала окажется холостым? – Николетт приходилось остужать её пыл. – Ещё и сбитый. Может, ему уже под семьдесят, и он напротив – дряхлый.

– Уж и помечтать нельзя, – вздыхала Дороти.

Замок Рош-ди-Вуар многие называли мрачным. Возможно из-за того, что его стены были выложены из тёмно-бордового камня. Николетт не знала, в какой каменоломне был раздобыт такой редчайший материал, но подобный замок был единственным во всей округе, да, пожалуй, и во всём королевстве. Он надменно возвышался над окрестными лесами, намекая, что и его хозяин, наверняка, такой же тяжёлый и заносчивый. Но Николетт попыталась не поддаваться этому мрачному очарованию. Подумаешь, бордовый камень. Подумаешь, лорд с прескверным характером. Лучше уж работать у мужчины, к которому не испытываешь симпатии, чем стать женой мужчины, к которому не испытываешь симпатии.

Первое препятствие – ворота, были преодолены удивительно просто. Когда Дороти и Николетт приближались к ним, сзади послышался топот копыт. Всадник быстро поравнялся с девушками, и створки раскрылись, пропуская его на полном ходу – ему даже сбавлять скорость не пришлось. Николетт удивлённо крутила головой, пытаясь понять, кто открыл всаднику ворота, но так и не увидела ни привратников, ни охраны. Они с Дороти прошли за всадником следом, и только после этого тяжёлые створки вновь захлопнулись.

Двор, полностью замощённый таким же безупречно гладким камнем, как и подъездная дорога, выглядел абсолютно пустым. Куда скрылся всадник, Николетт не заметила. Кто это был? Слуга, посыльный, а может, сам хозяин? Она не успела его толком разглядеть – слишком быстро он возник и исчез.

Николетт направилась к входу в замок. Резные двери в два человеческих роста оказались закрытыми и, подобно воротам, распахиваться сами по себе не спешили. Николетт догадалась, что нужно подёргать свисающую сверху цепь. Какой-то механизм там, за дверью, пришёл в движение – слышно было довольно мелодичный бой колокола. Однако больше ничего не происходило. Дороти успела уже начать ворчать, что не стоило ехать в этот мрачный замок, а лучше было бы спокойно дожидаться смотрин в генеральском имении, где дворецким, наверняка, работает холостой импозантный мужчина приятной наружности. Она так разошлась, что когда дверь, наконец-то, открылась, первой её фразой, произнесённой в адрес человека, встречающего у порога было:

– Сударь, извольте объяснить, почему заставили мою госпожу так долго ждать?!

«Сударь» – высокий худощавый мужчина, около сорока, в безупречно элегантной ливрее дворецкого, на удивление спокойно выслушал тираду Дороти.

– Чем могу служить? – произнёс с флегматичной напыщенностью.