Уж слишком неправдоподобно запинается гостья и чересчур лихо опрокидывает из своих рук бокал, полный вина. Посудина словно в замедленной съемке пролетает то расстояние, что отделяет Анжелу и Настю, и со звоном приземляется в ногах Загорской, окатывая брызгами подол сногсшибательного платья Насти.

Мгновение за столом повисает тишина, которую разрезает возмущенный выдох Насти:

– Платье! – подскакивает с места девушка, с ужасом наблюдая, как впитывается вино в искуснейший шелк, и пытается оттереть капли ладонями. – Черт… нет же! – кажется, в изумрудных глазах уже застыли слезы.

– У-у-упс, я прошу прощения! Какая я неуклюжая! – тянется с салфетками к подолу Анжела, но я подскакиваю с места и оттесняю ее от Насти, на которой лица нет.

– Мы сами справимся, – резко говорю Анжеле. – Лучше бы тебе внимательней смотреть под ноги, – бросаю взгляд и получаю в ответ ехидную ухмылку. Ну вот, что и требовалось доказать.

Анжела возвращается за стол, щебеча и вовлекая всех присутствующих в диалог, что  дает нам с Настей пару минут.

– Илья, оно испорчено, – шепчет Настя, поджимая губы и поднимая на меня взгляд, полный непролитых слез.

– Такое платье и...

– Ерунда, ясно? Это просто платье, Загорская, – обхватываю ладонями ее щеки, которые пылают, и заставляю посмотреть на меня. – Я тебе таких тысячи куплю, если надо будет, – говорю, нисколько не кривя душой.

Она по-настоящему сияла весь этот вечер, и видеть ее сейчас такой подавленной из-за какой-то тряпки – на разрыв сердца.

– Забудь, – прижимаю Настю к себе и глажу по волосам, что мягче всякого шелка.

Даю возможность хоть немного успокоиться и прийти в себя. 

И, на мое счастье, Настя быстро берет себя в руки, и мы возвращаемся на свои места.

Вот только лучше бы мы этого не делали, потому что тема сворачивает в опасное русло, напоминая, какой я болван, что не упомянул при ней о еще одной детали...

– Что-то я все забываю спросить, а Инночка-то когда приедет с мужем? – слишком громко спрашивает Лукреция. – Я не видела ее уже пару лет, наверное, совсем изменилась.

– Ой, нет, наша Инна все такая же. Немного вредная, но очень милая, – посмеивается мама и, поглядывая на меня, говорит:

– Алексея задержали на работе, так что они будут к следующей пятнице, – делает многозначительную паузу мать, словно знает, что я еще не успел поговорить по этому поводу с Настей.

– Поэтому Настя с Ильей любезно согласились задержаться до их приезда, – наносит точный удар родительница.

Всего на доли секунды мне кажется, что Настя не расслышала и скандала не будет, но это же Настя.

За столом виснет тишина.