И только при виде меня девчушка подпрыгивает от неожиданности, отдергивает руки от стола и, быстренько крутанувшись на пятках, прячет что-то за спиной с ангельской улыбкой на губах и с совершенно не ангельским взглядом.

– А почему ты зашла без разрешения? – делаю шаг, но девчонка отступает.

– А потому что это дом бабули и дедули. 

Сказать, что я опешила от такой наглости – ничего не сказать. 

– Но это не значит, что ты можешь просто так заходить в нашу с Ильей комнату и шариться в наших с твоим дядей вещах, – пытаюсь улыбнуться, чтобы смягчить свои слова, но эта забияка показывает мне язык и, выдернув руки из-за спины, машет бумажкой. А у меня ухнуло в пятки сердце от дурного предчувствия. 

Мне не надо суперзрения, чтобы понять, что оказалось в ее цепких пальчиках.

Черт возьми! Это же надо было так опрометчиво бросить такую важную, компрометирующую нас с Сокольским вещь фактически на всеобщее обозрение! А если бы в спальню зашла Эмма или даже те же служанки убраться?!

– Каролина, малышка, положи на место, – выставляю вперед руки и понижаю громкость чуть ли не до шепота.

Пожалуйста-пожалуйста, только бы она оказалась ребенком разумным!

– Не-а, – руша мои надежды, крутит головой вредина и улыбается. Судя по тому, как у нее это  выходит, она понимает, что это за чек.

Страх и паника просыпается мгновенно. Не успела я выпутаться из одной проблемы, как тут же вляпалась во вторую. И эта проблема пробегает хитрыми глазками по бумажке и читает:

– На предвителя. Кто такой предвитель? – поднимает на меня взгляд Каролина как раз в тот момент, когда я, набравшись смелости, делаю рывок вперед, пытаясь ее ухватить за платьице, но та с космической скоростью улепетывает в другой конец комнаты, громко хохоча, будто я с ней тут в игрушки играю.

– Каролина! – шиплю, больно ударившись локтем об стол, неудачно взмахнув рукой. Боль простреливает в самый мозг, кажется, даже в глазах на секунду потемнело.

– Не поймаешь, не поймаешь, не поймаешь! – скачет мелкая проказница, тряся несчастной бумажкой и, словно издеваясь, смееется.

Помните, я говорила, что хочу детей?

– Предъявитель. Там написано предъявитель, – поднимаю руки, показывая, что сдаюсь, пытаясь выровнять дыхание, которое заходится от страха. – Это тот, кто покажет эту бумажку в банке. Это очень-очень важная бумажка, отдай ее мне, малышка…

– Я не малышка! И не отдам, – задирает нос девчушка. – А зачем тебе столько денег? Это же дядины деньги, да? 

– Эм… да… Каролина, детка, отдай, пожалуйста, мне. 

Я уже стою и даже дышать боюсь, только бы она не рванула со своей находкой к Эмме. Тогда мне точно не выкрутиться.