Ну и ладно! Я сегодня в слишком  хорошем расположении духа.

Однако не могу мысленно не отметить, как прав был Сокольский. Тут действительно цена твоего гардероба напрямую влияет на яркость улыбки. И в этом плане он постарался на славу. И это темно-зеленое платье-футляр с открытыми плечами, что на мне, и которое сногсшибательно гармонирует с моими глазами, так же сногсшибательно и стоит. 

– Эмма, дорогая! – поднимается одна из дам из-за стола, на вид самая… неприятная. Вульгарная даже, я бы сказала.

– Луцилла, – сдержанно улыбается моя “свекровь” и дарит “подруге” воздушный поцелуй в щечку.

– Девушки, знакомьтесь… 

Ну, вот и началось – язвит внутреннее “я”.

Церемония представления происходит по стандартной схеме: я улыбаюсь, хлопая ресницами так активно, как могу, а в ответ дамочки скалятся своими белоснежными винирами и называют мне свои имена, кивая в приветствии. И к моему величайшему стыду, я запомнила только двух! Та самая Луцилла, которой подошло бы больше Круэлла, и Жанна. Одна из дам до зубного скрежета неприятна, а вот вторая, наоборот,  выделяется своей милотой.

Эмма же, вздернув подбородок, стоит, с каким-то странным превосходством наблюдая за всем этим.

 

В общем, то еще представление. 

– Настя, а как давно вы в модельном бизнесе? – слышу немного погодя, когда мы устраиваемся за длинным овальным столом, и официант ставит передо мной чашечку с ароматным черным байховым чаем. 

И очень хотелось бы промолчать, но этикет не позволяет. 

– Уже и не припомню. Кажется, любовь к подиуму была с самого детства, – улыбаюсь и безбожно вру, стыдливо пряча глаза в кружке.

– Знаете, у меня племянница… – и понеслось.

Примерно час мы слушаем про племянницу одной дамы.

Потом час про дочь другой. И почти два часа про внуков третьей. 

И я искренне не понимаю, зачем я здесь сегодня нужна была Эмме? Только чтобы на меня поглазели исподтишка, как на диковинную зверушку? Вот, пожалуй, и все.

Глаза то и дела стреляют в сторону города, который в свете солнечных лучей так соблазнительно и заманчиво сияет, а потом тут же опускаются на мобильный, который молчит.

Интересно, проснулся ли Илья? А как воспринял мой “тихий” уход? А вдруг не так все понял? Хотя нет, наверняка он в курсе, что я сегодня вынуждена “проводить время” в обществе его матери.

Хотя, хотелось бы в… его. 

Уличаю момент, когда собеседницы за столом отвлечены, и щелкаю кнопочкой, подсвечивая экран мобильного.

И честное слово, я, как дурочка, даже разулыбалась, подпрыгнув на месте, но тут же осадила свою радость. Звонил почти полчаса назад. А я пропустила. Ну, как так-то, Настя? 

Но долго огорчаться мне не дают. Окликают.

– М-м-м? – поднимаю взгляд, и все одиннадцать пар глаз за нашим столиком смотрят на меня выжидающе.