Я здоров, совершенно здоров, а эти жуткие банки снятся мне по ночам в кошмарах.

Я с трудом сдерживала смех: не-а, не дикобраз, скорее ежик, вся спина в иглах, и сопит так же сердито. Мой любимый морской ежик, который так рвется к морю, словно после ранения у него выросли жабры.

Конечно, он был прав. И море, и пальмы, и достопримечательности имелись в наличии. А кровавые банки и правда запросто могли сниться по ночам – то еще зрелище. Но как бы Руслан ни хорохорился, ранение иногда давало о себе знать. Да и доктор Владимир Семенович советовал еще подлечиться.

Я привычно улыбнулась и миротворческим тоном проговорила:

– Еще два дня, и пойдешь на море.

– Давай сегодня будет последний день, – вкрадчиво шептал бывший босс, искоса поглядывая на меня своими синими-синими глазами. – А завтра уединенный уголок пляжа… Море… И мы в воде только вдвоем…

Яркая картинка тут же нарисовалась словно живая, даже дышать стало трудно. Ух, змей-искуситель!

– Нет. – Я погрозила пальцем, хотя жутко хотелось наклониться и поцеловать в гладко выбритую щеку, так заманчиво маячившую перед глазами. И поцеловала бы. Да иголки мешали, утыкавшие ухо. – Столько дней, сколько сказал доктор.

– Не доктор он, – поскучнел Руслан, поняв, что не прокатило. – А садист. Доктора прописывают таблетки и уколы, а не тыкают в тебя иголками!

Уже вторую неделю мы отдыхали на китайском побережье. Каждый день у нас начинался с центра традиционной медицины и заканчивался им же под аккомпанемент снисходительно-покорного ворчания жениха. Поездку на моря он стал планировать прямо в больнице. Крутил передо мной проспектами роскошного отдыха на каких-то экзотических островах. Но я была непреклонна. Только в Китай, совмещать отдых с восстановлением здоровья.

И вот, совмещаем. Ничего, осталось только два дня. Я и сама уже хотела и моря, и солнца, и обещанного пустынного кусочка пляжа, где только он, я и южное небо с луной и звездами. М-м-м-м… В том, что Руслан даже в Китае умудрится найти тот самый пустынный кусочек, я ничуть не сомневалась.

Я счастливо вздохнула. Да, все будет. И ясные дни, и жаркие ночи, и ссоры, и сладкие примирения… И вылазки за город, и поездки, и путешествия. И тихие семейные вечера, когда в камине потрескивают поленья, тянет теплом и горьковатым запахом дыма, а за окнами стонет вьюга, бросая в стекла колючие пригоршни снега. Целая жизнь с потрясающим, невозможным, единственным и неповторимым мужчиной.

Я открыла шкаф, постояла немного, протянула руку и с наслаждением погладила потрясающе приятную ткань.