Когда мы, наконец, добрались до верхней площадки, Ной свернул налево, в длинный коридор. Шикарные восточные ковры заглушали звук наших шагов, а я впитывала все детали висящих на стенах картин маслом. Наконец Ной остановился перед блестящей деревянной дверью. Он протянул руку, чтобы ее открыть, но, услышав сзади звук небрежно захлопнувшейся двери, мы обернулись.

— Ной? — спросил сонный голос.

Даже с рубчиками от подушки на лице уже знакомая мне девочка была абсолютно сногсшибательной. Она выглядела такой же потусторонне-ошеломляющей в комплекте из короткой сорочки на бретельках и шортов, как и в маскарадном костюме феи.

Теперь, когда она была без этого костюма, не при пульсирующем свете клуба, мне стало ясно, что у нее такая же инопланетная красота, как и у Ноя. Ее волосы были такого же цвета темного меда, только длиннее; кончики их касались зашнурованного низа сорочки. Ее голубые глаза изумленно раскрылись, встретившись с моими.

— Не знала, что ты не один, — сказала девочка Ною, сдержав улыбку.

Он бросил на нее взгляд, потом повернулся ко мне.

— Мара, это моя сестра Кэти.

— Кэт, — поправила она, потом бросила на меня понимающий взгляд.

 — Утро доброе.

Я сумела ответить лишь кивком. В этот миг бойкий блондинистый капитан команды поддержки ходила колесом в моей полой вене. Его сестра. Его сестра!

— Вообще-то уже почти полдень, — сказал Ной.

Кэт пожала плечами и зевнула.

— Что ж, рада познакомиться, Мара, — сказала она и подмигнула мне, прежде чем пойти вниз по лестнице.

— Я тоже рада, — ухитрилась выдохнуть я.

Сердце неистовствовало у меня в груди.

Ной полностью открыл дверь, и я попыталась взять себя в руки.

Это ничего не меняло. Ровным счетом ничего. Ной Шоу все равно был распутником, все равно был поганцем, и все равно я была ему не ровня. Такова была мантра, которую я мысленно повторяла снова и снова, пока Ной не наклонил слегка голову набок и не спросил:

Комната Ноя испугала меня. В центре ее доминировала низкая современная кровать без пружин, но, не считая кровати, в комнате не было никакой мебели, кроме длинного стола, ненавязчиво скрывавшегося в алькове.

Ни постеров. Ни грязного белья. Только гитара, прислоненная к боку кровати.

И книги.

На встроенных полках от пола до потолка — ряды и ряды книг. Солнечный свет лился в громадные окна, выходившие на залив Бискейн.

Я никогда не представляла, как выглядит комната Ноя, но если бы представила, такое не пришло бы мне в голову. Она явно была роскошной. Но… Пустой. Как будто в ней никто не жил. Я обошла комнату, проводя пальцами по корешкам некоторых книг.

— Частная коллекция Ноя Шоу к вашим услугам, — сказал он.

Я уставилась на заголовки.

— Не может быть, чтобы ты все их прочитал.