Рыжая замшевая рубаха без пуговиц, на завязках, почти куртка, с длиннющей бахромой по швам, зеленые брюки с многочисленными карманами, полувоенного образца. Головного убора летом, да и весной, вот как сейчас, стараюсь не носить. У эльфов не бывает солнечных ударов. Интересно, мне мой трофей — хоть одну кожаную кепочку, например, с головы ножевика — выдадут или к вещдокам приобщат? Да и не сдалась она мне ни разу, кепочка эта. Козырек смешной — длинный очень и загнут с боков слишком сильно. Не люблю такие…

— Благодарю вас за своевременную помощь при нападении на сотрудника полиции… — Иван Сергеевич изъяснялся официально и при этом искренне на первый взгляд. Талант…

— Мне было даже приятно. Эти, в клеточку, мне сразу не понравились…

Пристав бросил на меня острый взгляд, показывая, что он ценит мою готовность вывалить все как на духу, как будто у меня при таком количестве свидетелей варианты есть…

— Чем же вам они не понравились, эти господа? — продолжил пристав весьма ему привычную игру, а я задумался.

— А что, господин пристав, четверо близнецов — это нормальное явление среди людей?

— Встречаются редко, но встречаются. — Похоже, пристава не мог смутить ни один вопрос. И на все-то он знал ответы. — Это все, чем они вам не понравились?

— Они гнома пьяненького схватили и поволокли, а как мне показалось, не знакомы были ни разу.

Тут мой взгляд обратился на гнома, который, по выражению малоизвестного людского писателя Николая Васильевича Гоголя, чей бюст прямо и между пальмами, как начал храпеть во всю насосную завертку, так и не останавливался. Коротышку только аккуратно отодвинули с прохода, куда его уронили лысые браты-акробаты.

— А вы как на это отреагировали? — вновь спросил пристав, неодобрительно посмотрев на своих подручных в штатском, которые уже едва сдерживались от распирающего их хохота. Эльф гнома от людей защищает. Анекдоты про поручика Ржевского отдыхают.

— Подошел к хозяину, попросил принять меры. — Тут мой палец ткнул в прислушивавшегося к разговору кабатчика.

— Точно-с так, выше высокоблагородие, — ответствовал кабатчик. — Я сразу в участок позвонил и время тянул, пока они расплачивались.

Как же, тянул он время. Жался сдачу ребятам отдавать, хотел на чай побольше выгадать. Те уж рукой махнули, к выходу потопали. Но ни слова не соврал. Правда по-ресторанному, в пикантном соусе.

— Да, про звонок я понял, — задумчиво протянул пристав и вновь поинтересовался: — Вы с гномом оба знакомы?

— Очень смешно, Иван Сергеевич. — Тут уж я уставился на красных от натуги джентльменов в штатском.