— Мам, я сейчас приду к вам, и мы все спокойно поговорим.

В ответ согласие и длинные гудки, а я завороженно продолжаю наблюдать за потухшим экраном телефона. Надо возвращаться. Решение было принято давно, и то неудивительно, да и слишком предсказуемо.

— Уже уходишь? — с лёгкой улыбкой интересуется парень, подходя ближе ко мне и заглядывая в глаза.

— Да, дела не дремлют, — храбрюсь, что видно, на самом деле идти домой не особо хочется. Компания достаточно приятная, но я в этом не сознаюсь.

Мы ещё пару секунд топчемся на месте, утрамбовывая снег. Никто не знает, как надо прощаться с людьми, с которыми ты не виделся раньше.

— Ладно, пока, — слегка киваю и, не дожидаясь ответа, разворачиваюсь и иду в стороны маминой многоэтажки, предварительно перейдя дорогу.

Не успеваю сделать пары шагов, как с другой стороны проезжей части меня догоняют слова парня:

— Тебя хоть как зовут? — с улыбкой интересуется незнакомец, запуская пятерню в волосы и лёгким движением откидывая их назад.

— Зови «моя госпожа», не ошибёшься, — смеюсь, поворачиваясь в его сторону. Парень усмехается вместе со мной, затем просто кивает. Незачем ему знать моё имя.

— А меня Кир, просто Кир, — спокойно протягивает незнакомец, не отрывая от меня взгляда.

Что ж, Кир, мне кажется, что я запомню тебя надолго.

Первым, что попадается мне на глаза в маминой квартире, это куртка Влада, возвещающая о том, что он уже давно пришёл. В зале раздается тихий разговор, кажется, мама до сих пор не успокоилась.

Сейчас как никогда стыдно за свой поступок, так что, найдя в себе силы, сбрасываю пальто на вешалку, попутно кидая перчатки, которые так и не вернула Киру, на тумбочку, и стремительно, дабы не передумать по пути, иду туда, откуда раздаются голоса.

Молодая пара сидит перед включённым телевизором в обнимку, тихо переговариваясь. Чтобы не помешать этой удивительной идиллии, я замираю, опираясь на дверной косяк. Когда же мама замечает моё присутствие, вновь не даю ей и слова сказать, ведь знаю — снова захочет принести жертву ради меня.

— Мам, дядя Влад, извините меня за такую ужасную реакцию, просто поймите, для меня это тоже удивительное известие, — делаю маленькую паузу, осматривая дорогих мне людей. — Я буду очень рада, если вы узаконите свои отношения, и приму это, несмотря ни на что.

Пробегая взглядом по маминому лицу, замечаю, что она уже давно плачет, причём с улыбкой. Вот, что всегда пугало меня. Резко мама замыкает меня в своих объятиях настолько сильно, что кажется задушит. Я не любительница нарушения личного пространства и чрезмерных выражений чувств, но тут пришлось смириться с её чувствами и просто давать сюсюкаться с собой. Влад с широкой улыбкой умиляется нам и стискивает в ещё одном кольце рук.