Над ними картины, в которых реализм, как я отметила, и не ночевал, – что-то яркое, сплошное торжество цвета и щедрых мазков. Шесть колонн поддерживали потолок. А в них – сквозные ниши, где установлены статуи женщин с пышными формами и обнаженной грудью. Справа камин. И там две гипсовые дамы с шикарными бюстами в качестве кариатид поддерживали каминную полку. И все! Ничего больше из мебели или декора! Словно огромный танцзал.

Я фыркнула про себя. Купеческий размах… Желание пустить пыль в глаза… Фу, как примитивно! Но одно меня примирило со вкусами Вадима: охапка дров, которая лежала наготове в камине.

Как здорово! Видно, хозяин дома тоже любил живой огонь. Впрочем, кому не нравится посидеть в непогоду возле пляшущего на поленьях огня? Нет ничего приятнее, чем смотреть на язычки пламени, слушать, как потрескивают угли, и мечтать о чем-то светлом и немного грустном (возможно, потому грустном, что мечты о счастье так редко сбываются).

Я отвела взгляд от камина. Будь моя воля, первым делом разожгла бы огонь, чтобы в огромном, каком-то театральном зале повеяло живым духом. Но не я здесь распоряжалась, поэтому вновь принялась рассматривать зал.

Противоположная стена оказалась полностью стеклянной. Она выходила в сад, где цвели фруктовые деревья, и гроздья сирени стучались в нее. За стеклом просматривались роскошные цветники, а еще беседка, густо обвитая виноградной лозой.

В углу зала за одной из колонн я заметила барную стойку. За ней – кухня сочных желтых и цвета кофе оттенков. Правда, без ярких занавесок, прихваток, полотенец, вазочек, баночек и прочей ерунды, которые наполняют кухню теплом и уютом. Обилием стекла и блестящего металла она смахивала, скорее, на операционную или лабораторию ученого.

Это меня неожиданно успокоило. Значит, не женщина хозяйничает в доме. И слава богу! Уживаться с хозяйкой всегда сложнее, чем с хозяином.

В целом все производило очень сильное впечатление. Но я подумала, что в таком доме тяжело, наверное, жить подолгу. Слишком вычурно все, слишком напоказ. В этом бальном зале надо скользить по паркету в балетках и шифоновом плате, приседать в реверансах и говорить по-французски. Красные спортивные трусы и покрытая грязью одежда никак в величественный интерьер не вписывались.

– Чего топчешься, проходи! – Вадим слегка подтолкнул меня в плечо и кивнул на лестницу, ведущую на второй этаж. – Там тоже есть спальни. А хочешь, оставайся на первом. Тут комнаты попроще, но зато к кухне ближе.

– Мне бы помыться… – смутилась я. – Только багаж остался в машине.

– Я заметил, – улыбнулся Вадим. И предложил: – Давай тогда на второй этаж. Выбери спальню сама. Любую, какая понравится. В ванной все есть: халаты. полотенца, фен, шампуни.