Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, этот одержимый опять что-то наколдовал. И, если срочно не принять меры, ничем хорошим это не закончится.

Схватив Елагина за руку, я заставила его обернуться.

– Глеб, прекрати! – чуть слышно процедила я, продолжая натянуто улыбаться всем собравшимся неподалеку романам, что еще не заметили, какая беда приключилась с одним из их сородичей.

– А что я сделал? – невинно хлопая глазами, поинтересовался Елагин. Корчившийся от нехватки кислорода парень прекратил краснеть и глубоко задышал.

Я вздохнула с облегчением.

– Понятия не имею, но сделаешь так еще раз, и я устрою скандал. Нельзя мучить людей, которые тебе не нравятся.

– А кого тогда можно? – красивые губы изогнулись в наглой улыбке, что спустила в ноль весь мой запал.

– Никого! Черт, Наташа возвращается, а с ней еще кто-то. Быстро ответь, как я выгляжу?

Зеленые глаза, в глубине которых загорелось жаркое пламя, медленно прошлись по моему лицу и телу.

– Так, словно тебя недавно хорошенько поимели.

– Идиот! – в ответ на мое рычание, Елагин пожал плечами.

– Да чего ты так напряглась? Я сам буду с ними говорить. А ты расслабься и получай удовольствие.

– Звучишь, как настоящий маньяк-насильник.

– Цветочек, я, конечно, не святой, но еще ни разу в жизни никого не принуждал. Да и зачем, если оно как-то само в руки падает?

Едкий ответ уже вертелся на моем языке, но пришлось срочно его проглотить. К нам подошла Наталья, за спиной которой застыла, судя по всему, супружеская пара – пожилая женщина, с которой она разговаривала, и такой же пожилой мужчина.

– Дочь рассказала, что нашла вас в лесу, – мужчина протянул Глебу руку, – меня зовут Петр, а это моя жена Лузель.

Елагин охотно пожал его ладонь, и представился. Естественно, теми же самыми вымышленными именами, что ранее озвучил Наталье. Соврал, что наша машина сломалась посреди трассы, и устав ждать помощи, мы отправились в путь. Если они и удивились, почему этот самый путь лежал не вдоль дороги, а через лес, поинтересоваться не сочли нужным.

– Вам повезло, что встретили нас, – кивнул Петр, – места здесь безлюдные, полные дикой живности. Присоединяйтесь к нашему костру, вкусите с нами мясо, оставайтесь ночевать, и завтра утром мы подбросим вас до дороги, где можно будет поймать машину.

Говорил он вроде приветливо, но от упоминания о безлюдном лесе и живности, стало как-то не по себе.

– С радостью примем ваше предложение, – Глеб, как ни в чем не бывало, расплылся в белозубой улыбке, а мне стало любопытно, кто-нибудь из них заметил, что эта улыбка совсем не коснулась его глаз?

– Ночи здесь холодные, – подала голос Лузель, – вашей жене не мешало бы одеться. Я могу дать ей Ташино платье.