Подол облачения был забрызган пятнами засохшей грязи."

"«Интересно, где он зимой такую грязюку нашел? И потом, разве кардиналы пешком ходят?» – я почтительно поклонилась и шевельнула губами над протянутой мне чуть скрюченной рукой с раздутыми суставами. Перстень, который принято было целовать, маслянисто блеснул перед глазами огромным фиолетовым камнем.

«Похоже, аметист и здесь – камень кардиналов и архиепископов.».

Если герцога с его гостем и удивило мое присутствие, ни тот ни другой никак это не выразили. Его светлость только посмотрел на приведшего нас лакея и тихо сказал:

— Стул для госпожи графини, Парсон.

Стол, надо сказать, был накрыт весьма скромно: небольшое блюдо с холодным нарезанным ростбифом, плоская тарелка, на которой лежали очищенные зубчики маринованного чеснока и странно нарезанный хлеб. Я не сразу поняла, в чем дело, а потом сообразила: с буханки срезаны корки. Взглянув на запавшие щеки кардинала, я догадалась: «Похоже, у его преосвященства не хватает зубов! Интересно, он старше, чем кажется, или же просто не следил за зубами?».

Лакей поставил перед нами с мужем по дорогому стеклянному кубку в медной оплетке, налил туда вина и бесшумно исчез.

Я машинально протянула руку за вином и сделала крошечный глоток: «Легкое совсем…и довольно кислое. Даже странно, что герцог пьет такое простецкое вино.». Первым заговорил его преосвященство, обращаясь к Освальду:

— Сын мой, наш дорогой герцог сообщил мне, что ты желаешь поговорить. Мы готовы выслушать тебя. Думаю, раз уж ты привел сюда свою супругу, то дело касается и ее тоже?

— Так и есть, ваше преосвященство и ваша светлость, – Оскар кивнул, подтверждая догадку кардинала, но обращаясь сразу к обоим собеседникам.

– Жена моя видела столь необычный сон, что мы засомневались с ней: не видение ли это, посланное нам свыше? Однако силы, показанные в этом видении, столь могущественны, что обсуждать это с нашим батюшкой мы просто не рискнули.

И герцог, и кардинал с легким интересом посмотрели на меня, переглянулись, и его светлость несколько снисходительно, с мягкой улыбкой произнес:

— Что ж, графиня Ваерман, расскажите нам, что вас встревожило.

Я вздохнула, показательно перекрестилась, еще раз глотнула из кубка, понимая, что назад дороги уже нет и заговорила:

— Мне снилось, почтенные господа, что я гуляю в осеннем саду.

Солнышко хоть и светит, но не обжигает.

Деревья вокруг наполовину облетевшие, но на части из них, наоборот, только распускаются весенние цветы. Небо чистое и высокое, без туч и облаков. Место совершенно незнакомое и очень красивое: на кустах горят поздние осенние розы, и запах стоит просто изумительный! Я шла по тропинкам, потом был мостик над небольшим ручейком с кристально чистой водой.