Неспешно шагая по дорожкам сада, я размышляла о том, насколько магия упрощает жизнь. Не только одарённым людям, но и тем, кому судьба не отсыпала магических способностей. Артефактами мог пользоваться кто угодно, были бы деньги.

А ещё интересно, в этой клинике все услуги платные, или есть варианты?

Утром Аоки проснулась, и я с профессиональным удовлетворением отметила здоровый цвет её лица и ясный взгляд.

Глава 20. То, что Белла называет настоящей медициной

Интерлюдия

– Всё ли у тебя получилось, дорогой мой Максимилиан-сан, – Хиен-сама, Верховный настоятель храма был рад меня видеть.

– Да. Спасибо за помощь, Хиен-сан. Без вас ничего бы не вышло.

Старик опустился на подушку перед низким столиком, и жестом предложил то же самое сделать мне. Его движения были неторопливы и исполнены достоинства.

На чёрной полированной столешнице поблёскивал старинный чайник тэцубин, выполненный в форме распускающегося цветка лотоса, рядом стояла потемневшая от времени чаша тяван с едва заметными золотыми прожилками кинцуги. В специальной подставке покоился бамбуковый венчик часэн.

Особое внимание привлекал небольшой светильник необычной формы: круглый кристалл, внутри которого плясало золотистое пламя. Его мягкий свет придавал окружающим предметам таинственные очертания – бросал причудливые тени на нефритовые чётки дзюдзу, заставлял мерцать серебряный колокольчик рэй и играл на гранях лилового накопителя маны.

Из старинной курильницы поднимался тонкий дымок благовоний, наполняя комнату ароматом сандала и ещё каких-то трав.

Хиен-сама неторопливо взял чайник тэцубин и наполнил кипятком старинную чашу. Его движения были отточены годами практики – ни одной лишней капли, ни одного резкого жеста. Аромат сэнтя наполнил пространство между нами.

– Прошу, – он протянул мне тяван, держа его обеими руками.

Я принял чашу как положено с лёгким поклоном, повернул её два раза и сделал глоток. Чай был превосходным: свежесть первых весенних листьев вкупе с едва уловимой сладостью.

– Вкус изумительный, – искренне сказал я, прищурившись от удовольствия. – Как и всегда.

Хиен-сама улыбнулся, и морщинки вокруг его глаз стали глубже:

– Ты единственный, кто может оценить постоянство его вкуса. Сквозь века.

Мы некоторое время в полной тишине наслаждались изысканным напитком, после чего я заговорил вновь:

– Мне нужен твой мастер, Каши-доно.

– Он по обыкновению весьма и весьма занят, Максимилиан-сан. Ты хочешь заказать ему что-то исключительное? Ты придумал ещё один чудесный артефакт? – и даже заинтригованно качнулся вперёд в ожидании ответа.

– Если честно это не артефакты. Это инструменты для одного талантливого лекаря.

– О, – округлил рот и глаза монах.