Просто я четко осознала то, что это все – назад дороги нет и той жизни тоже уже нет, и никогда  не будет.   Жизнь была моя – собственная и личная,  поэтому ее было жаль.  Все логично.  Я не истерила, просто обида душила страшная - слишком много он отобрал у меня: радость просто жить, уверенность в будущем, смысл  всех прожитых с ним лет.  И что  делать теперь, с чего начать, куда кидаться?  Да еще и моей Ирке втемяшилось, а значит, она будет добросовестно отрабатывать сводницей – до последнего вздоха и трепать мне нервы.  Но после этой ночи я перешла свой Рубикон окончательно или мне так казалось.

   Утро  выдалось  ясным и влажным,  короткий дождь прошел перед самым рассветом и оставил крупные  серые капли на траве.   Я  умылась у колодца,  позавтракала оладушками с  малиновым вареньем и тоже поучаствовала  - приготовила нам с баб Маней кофе.   Мне  крепкий, а ей слабенький и с молоком.  Прихватив свою чашку,  ушла под яблоню, где опять уставилась в ноутбук, шлифуя варианты.

    Беркутов нашел меня там же, тихо поздоровавшись с расстояния двух шагов, и насторожено оглядываясь вокруг.   Очевидно, свою машину  он оставил на горе и спустился к дому пешком.

-  Что вы так таитесь,  Владимир Борисович? –  тоже почти шепотом спросила я, рассматривая его в новом для меня образе – светлых бежевых брюках, рубашке без галстука и шикарных  кремовых туфлях с перфорированным верхом.

-  Хотите сделать сюрприз бабушке?  Я не советовала бы, ей сейчас не нужны  потрясения – вчера приезжала скорая.

-  Что с ней? – спросил мужчина, приседая возле меня на скамейку.

-  Возраст? – задумчиво предположила я, - вы зайдите, она  давно уже не спит.

-  Вставайте, Алена, пойдемте, мне нужно объяснить вам кое-что.

-  Вы о полиции?  Ко мне остались вопросы? – струхнула я, даже сердце дернулось.

-  Нет-нет… когда будете в городе, просто  подойдете туда. Ознакомитесь  и распишетесь в предварительном заключении о прекращении дела.    Не думаю, что будет продолжение. Я должен  рассказать вам  другое...

-  Может, сначала… -  обернулась я в сторону дома.

-  Нет.  Я прошу вас пройти со мной…   куда  здесь можно сходить?

-  А вы не знаете?  Это же ваша малая родина, кажется?

-  Именно.

   Я  медленно встала, не отрывая взгляда от его лица.  Он нахмурился, сдвинув брови и сжав губы в тонкую полоску,  и отвернулся, оглядываясь вокруг:

-  Так куда мы с вами пойдем?

-  А давайте – к церкви?  Я уже побывала здесь во всех  интересных  местах,  но до церкви так и не дошла.  Там разруха и запустение, но  говорят, что на стенах   сохранилась роспись семнадцатого века и еще  угадываются  иконы.