Правда шла все равно неуверенно. Видимо с непривычки накрыло ее знатно. Я даже заволновался, что зря ее торопил. В конечном счете, какая разница, где лежать, тут или на кровати? Но Дану было уже не остановить. В итоге я встал рядом и шел с ее скоростью, чтобы она в любой момент могла опереться на меня.

Двигалась моя куколка к конкретной цели – своим вещам. Повздыхав над разбросанными в радиусе пары метров лоскутами, она одарила меня осуждающим взглядом. На что я ответил наглым оскалом. Нечего было выпендриваться, может быть, я бы и позволил ей раздеться самостоятельно. Впрочем, нет. Даже если бы не выпендривалась, все равно сделал бы так, как сделал.

Тем временем моя мерцающая нашла среди всего тряпочного хаоса свою сумку, проверила, что та закрыта и ничего не выпало. Собрала ремешок в зубы и выжидающе посмотрела на меня с немым вопросом: «Идем?»

Кивнул ей в ответ и снова встал рядом.

Шли до дома неспеша, наслаждаясь самим процессом прогулки и близостью друг друга. Дана хоть и шла уже уверенно, все равно тесно прижималась к моему боку. И все было хорошо, пока мы не добрались до нашего коттеджа.

Рядом были припаркованы уже три автомобиля, и если мой внедорожник и спорт-кар Эйдана было видеть привычно, то яркую машину Верховного – нет. Спрашивать, что он забыл у нас в гостях было глупо. Поэтому только помянул добрым словом маленькую деревню белых волков и направился к входу.

Думал, придется заталкивать Дану в коттедж силой, но та, прибывая в каких-то своих мыслях, не заметила изменений на подъездной дорожке и даже принюхаться не сподобилась. Так и шагала довольная к дому. Пока в гостиной ее не догнало собственное пренебрежение волчьими инстинктами и внимательностью.

Йен расслаблено расположился на диване и при нашем появлении отсалютовал бокалом с виски. Принюхавшись, я сразу понял, что привез он его с собой из дома. Заманчиво.

Дана от неожиданной встречи испугалась, исчезла под маскировкой, удивилась, заволновалась и попыталась ретироваться, попятившись назад. Закономерно уперлась в меня и вжалась мне в грудь. Тихо проворчал, чтобы перестала нервничать, а когда мерцающая вновь обрела черты подтолкнул ее в сторону лестницы на второй этаж.

Дана непрестанно оглядывалась, а ее чувства можно было бы описать одной фразой: «Да как так-то?!» Собственно, именно это она и сказала, когда мы оказались в спальне и вернули себе человеческий облик.

Я прикрыл плотно дверь и обнял нервно жестикулирующую в сторону коридора руками Дану.

– Вот и я до сих пор не понимаю, как так можно постоянно пренебрегать волчьим чутьем, – легко укорил ее и улыбнулся, наблюдая как куколка молча глотает воздух от возмущения и осознания, что возразить нечего.