— Но, может быть, продолжим вечер? Здесь неподалеку есть чудесный ресторан…

— Нет, нет, Вадим, не стоит, — остановила Ася. — Завтра рабочий день, лучше пораньше лечь. И потом, и мне не хочется ни с чем смешивать впечатление от театра!

— Жаль, — вздохнул мужчина. — Но тогда, может быть, выберемся в выходные?

— Не уверена, что получится, — виновато улыбнулась Ася. — У меня же дочка, на неделе мы толком не общаемся из-за работы и школы, и поэтому все мои выходные принадлежат ей.

— Но это не проблема! Мы можем взять ее с собой и замечательно отдохнуть все вместе.

— Вадим… я не знаю, нужно ли нам… тебе это?

— Мне нужно, — твердо ответил Мосин. — Ты мне очень нравишься, Настя! Я был бы счастлив стать для тебя больше, чем другом и готов ждать, сколько потребуется. И, конечно же, с радостью познакомлюсь с твоей дочерью и мамой, если ты мне позволишь.

— Вадим, я… я люблю другого… прости.

— Подожди, не отвергай сразу. Я никогда не видел рядом с тобой другого мужчины, если он тебя настолько не ценит, может быть, ты дашь мне шанс доказать, что я лучше?

— Вадим…

— Не отвечай сейчас. Я не тороплю, просто знай, что я рядом. Хорошо?

— Хорошо…

Ах, как некстати это признание и как неудобно перед Вадимом! Он хороший человек и, кажется, надежный и ответственный, на него можно положиться. Но глупое сердце хочет видеть напротив не карие, а серые глаза.

Влад же ходит, как теленок, то не отбиться было, а теперь он вообще никакой инициативы не проявляет, хоть плачь! Что же, ей опять все в свои руки брать?

Дома ее встретила мать, Катюша уже спала.

— Ну, как? Понравилось? — Мария Алексеевна внимательно вглядывалась в расстроенное лицо дочери.

Неужели, Морозов не сдержал обещание и устроил скандал?

— О, спектакль просто потрясающий! — воскликнула Настя. — Он про нас с Владом, представляешь?

— Кто? — растерялась мать.

— Да спектакль же! Там мужчина и женщина, которые очень любили друг друга и расстались из-за обид, встретились спустя семнадцать лет и поняли, что любят и жить друг без друга не могут. Это так… Я в себя не могу прийти от эмоций!

— А… А как кавалер себя вел?

— Нормально. Предложил себя в друзья, познакомиться с тобой и Катей и все такое.

— А… А ты?

— А что я? Честно ответила, что вряд ли что-то выйдет, потому что я другого люблю. Я дура, да? — Ася бросила раздеваться и посмотрела на мать.

— Нет, дочь, не ты одна. Вы два дурака — ты и Влад, два сапога пара, — вздохнула Мария Алексеевна. — Надеюсь, ты ждать семнадцать лет не собираешься?

— Не хотелось бы. Но что мне делать?

— Вадиму что сказала, кроме того, что другого любишь?

— Он просил не отвергать его сразу, дать ему шанс доказать, что он лучше.

— Вот это ты зря. Или принимай ухаживания, но тогда Владу от ворот поворот, или не поощряй мужика.