Рассказать все, что произошло сегодняшним вечером, и каких душевных мук это ему стоило. В глазах Эбби светилось неподдельное сострадание. Но он не решался. Ярость, пылавшая в нем, была черной и отталкивающей, она возникала и разгоралась от того безобразного, с чем он сталкивался лицом к лицу каждый день на улице, на поле вечного боя. Но Майкл не хотел, чтобы действительность, которая омрачала его сознание, увела от него Эбби, как в свое время Марию. Эбби была далека от кошмара, сопровождавшего полицейского на каждом шагу. Смогла бы она сопереживать с Майклом весь этот ужас, который был его повседневностью? Его уродливыми буднями?

Какое-то мгновение Майкл не отвечал.

Они молча смотрели друг другу в глаза. Майкл так и не отважился сказать то, о чем мучительно размышлял…

— Я думаю, — произнес он с трудом, — просто наступило время согласиться с предложением лейтенанта и перейти в канцелярию. — Это было все, что он мог сказать.

Поговори со мной, без слов умоляла она. Пожалуйста, позволь мне дать тебе то, что ты дал мне. Позволь мне помочь тебе перенести эту боль. Мольба Эбби выражалась в ее глазах.

Она чувствовала, что он хочет ввериться ей, но еще не готов к этому. Он привык скрывать свои переживания, оставаясь с ними один на один. И от этого молчания Майкл страдал еще больше. Не в силах придумать другой способ облегчить невысказанные страдания, она приблизила свои губы к его губам. Эбби целовала его губы, щеки, глаза, стараясь победить сковывающую его напряженность. Она почувствовала вкус соли на его коже и слабый запах вина на его губах. Эбби покорно отдалась разгоравшейся в ней страсти.

Майкл сжал ее лицо ладонями, возвращая поцелуи, его губы коснулись ее закрытых глаз, он разметал мягкие пушистые волосы и привлек к себе.

Эбби сильнее прильнула к нему, всем существом своим впитывая целительную силу, исходящую от Майкла. Ее груди стали твердыми от прикосновения к его мускулистому телу. Она почувствовала, как он отпустил волосы и сжал ее руку. Его пожатие было особенным, многозначительным. Это были руки, которым приходилось тяжело работать, но которые сохранили редкий дар успокаивать, вселять уверенность. Эбби хотелось подарить Майклу все, на что она способна, — она даст ему долгожданное забвение в ее разгорающейся страсти. Майкл перевернул ее ладонь и прижался к ней губами. Медленно, очень медленно он поцеловал сначала ее пальцы, потом маленькую нежную ладонь. Когда он поднял глаза, то увидел ее слезы и поцеловал прозрачные капельки.

Сердце Эбби опять сладко замерло, заслышав ответные Удары в его груди. Обессиленная от переполнявших ее чувств, она, словно к целебному роднику припала к его приоткрывшимся навстречу губам.