Постарайтесь осмыслить всё то, что я вам сказал. Будем верить в вашу счастливую звезду. Она у вас действительно счастливая. Предполагаю, что в Петербурге наверняка с вами захочет встретиться великий князь. Это лишь моё личное предположение. Но оно из тех, в которых я на девяносто девять процентов уверен. Будьте готовы к такому вызову.

Козырнул и развернулся кругом. И я убрал ладонь от козырька фуражки. Постоял несколько мгновений, проводил глазами удаляющуюся по аллее прямую худощавую фигуру Колчака, направился следом. Шагнул на мокрую дорожку аллеи, оставляя за спиной скамейку и раскидистую липу, так вовремя укрывшую нас от слепого дождика, заторопился следом. Потому как мне пока в ту же сторону. Заодно и утрясу на ходу всё услышанное. Не то что я обо всём этом никогда не думал, просто не придавал этому серьёзного значения. Похоже, зря. Судя по всему, я каким-то образом после возвращения поднялся на следующую, более высокую ступень, раз начались вокруг моей персоны подобные пляски с бубнами. И плясать мне здесь нужно будет по-другому, с более серьёзным подходом и отношением ко всем мелочам. Тут дело не только в формировании новой службы, но и наверняка в чьих-то личных амбициях. Понятно, в чьих. И я не только себя сейчас подразумеваю. Так что отныне жёсткий контроль за собой и всеми своими действиями. Закончилось вживание, начинается жизнь. Понимаю, что проколы у меня будут, но постараюсь свести их к минимуму…

Разминулся с встречными офицерами, поприветствовал старших по званию, свернул в сторону своего жилья. Пора вплотную сборами в дорогу заняться. В свете только что услышанного. Значит, парадку тоже с собой возьму в дополнение к утреннему списку необходимого. Вдруг она мне действительно понадобится?

Только что пролившаяся на землю влага быстро испарялась. Буквально на глазах высыхали дорожки, клубились призрачным маревом на жарком солнце, под ногами весело блестели отмытые коротким дождиком камни мостовой. Глянул вверх, в голубую безоблачную высь. Да, в небе проще, там таких интриг не бывает…

Поездка в столицу ничем особенным не запомнилась. Железка и железка, вагон как вагон, только купе чуть просторнее и комфортнее, а проводник любезнее.

Потому как почти всю дорогу я отсыпался. Единственным исключением была ночная остановка в Пскове. Я заранее попросил проводника разбудить меня при подъезде к городу. Хотелось выйти на перрон, посмотреть на вокзал, просто подышать почти родным воздухом, хоть чуть-чуть окунуться в атмосферу своего города. Подспудно хотелось немного отдохнуть душой.

Михаил спал, похрапывал негромко на своей полке, а я тихонько оделся, прикрыл за собой дверь в купе и вышел на вокзальный перрон под высокую крышу навеса с ажурными чугунными стойками.