— Ирен, нам явно пора идти за вторым! — прижимая племянника, сказал счастливый Дэймон.

— Я не против. Девочек нам явно не хватает, будут у тебя дочки-ведьмочки!

— Надеюсь, такие же рыжие, как и ты.

Ещё через несколько минут ведьма заметила, как суетятся врачи.

— Ирен, что там? — спросил Анхель, он тоже заметил суету.

— Не знаю, но мне не нравится, как они бегают. Маме вашей пока звонить не буду. Хочу узнать, что с Каролиной… Зашивают примерно полчаса, прошло уже больше.

— Так долго?! — удивился Антей.

— Чтобы достать детей, нужно разрезать много слоёв мягких тканей. И это не только кожа, и мышцы живота, и сама матка. Посмотрите в сети. Но жену вам придётся очень оберегать ближайшие месяцы.

Врач пришёл через два часа, весь взмокший и в крови.

— Ваша жена в тяжёлом, но стабильном состоянии. У неё открылось сильное кровотечение. Мы его остановили, но она потеряла очень много крови, и ближайшие дни побудет в реанимации под наблюдением. Если есть близкие родственники или вообще коллеги, друзья, нужно, чтобы пришли и сдали кровь. Если не подойдёт резус, подойдут компоненты крови. И часть пополнит запасы больницы.

— Хорошо, — сказал хрипло Анхель. — Каролину можно как-то увидеть?

— Только из коридора через стекло блока. Но смотреть пока не на что. Она ещё не вышла из наркоза и под сильным обезболиванием. Детей сейчас переведут в детское отделение, и нянечки присмотрят за ними. Они родились на удивление очень крепкими и здоровыми. Вашей жене удалось сделать чудо.

— Почему кровотечение открылось? — спросила Ирен.

— Так бывает, даже при обычных родах.

В себя я приходила тяжело. Рядом что-то пищало, видимо, аппаратура. Живот болел на удивление терпимо, видимо, лекарства действуют. Интересно, как дети?! С трудом открыла глаза и даже смогла осмотреться. Это точно не обычная палата, видимо, реанимация. И рядом со мной две капельницы — одна с какими-то лекарствами в одну руку и другая с кровью в другую. Немного полежала с открытыми глазами и снова отключилась. Очнулась следующий раз, когда кто-то обтирал меня влажной тканью.

— О, вы очнулись! — голос был радостный, в глазах у меня плыло. — Позову врача.

Через какое-то время мне посветили в глаза.

— Вы меня видите? — спросил мужчина.

— Плывёт всё в глазах.

Он ещё что-то говорил о моём состоянии, но я ничего не поняла. Состояние было странное, была сильнейшая слабость, к счастью, ничего не болело. Одно поняла точно: меня утром переведут в обычную палату и позволят мужу присматривать за мной. Полежав ещё немного, уснула. Утром проснулась до того, как меня перевели в обычную палату. Во время беременности читала, что через несколько часов после родов уже просят вставать и расхаживаться. Не уверена, что сейчас осилю встать и тем более куда-то идти.