Владельцами дома являлись пожилые супруги, которые сдавали комнаты, чтобы иметь прибавку к скудной пенсии. На данный момент их единственными жильцами была молодая пара: муж — англичанин, жена — из Австрии. Кроме того, у них уже несколько недель проживала сестра жены, недавно приехавшая из Вены.

— Музыкантша, — сказал низенький человек, и его глаза заблестели от удовольствия. — Играет на фортепьяно. Часами. Баха в основном. И еще Скарлатти. Прекрасно, прекрасно. — На его лице появилось настороженное выражение. — Вы, вероятно, представитель властей?

— Помилуй Бог, что вы! — поспешно воскликнул Эдвин. — Разве я похож на полицейского?

— Речь не только о полиции, но и о людях из министерства внутренних дел, которые приходят и задают неприятные вопросы в таких районах, как этот. Здесь проживает много иностранцев. Но миссис Дженкинс, сестра музыкантши, она замужем за англичанином, у нее британский паспорт, я сам видел, знаю, как он выглядит. Когда-то я был немцем, но теперь тоже имею британский паспорт.

— А у ее сестры есть паспорт?

— Если есть, то австрийский. Она приехала как беженка, это устроил ее зять. Ему это было нелегко, ведь он писатель и у него мало денег. Однако миссис Дженкинс работает и сама кое-что зарабатывает. Миссис Дженкинс очень беспокоилась о сестре, потому что они евреи, как и я. В наше время небезопасно быть евреем.

— Да, полагаю, что так, — невпопад отозвался Эдвин. — Мне известно, что сестра миссис Дженкинс… я забыл ее имя?.. — Он выжидающе посмотрел на владельца.

— Мисс Вайс работает уборщицей. Если она музыкантша, ей, конечно, не следует мыть полы, не так ли?

Человек крякнул и покачал головой:

— Нет-нет. Для ее рук это ужасно. Музыкантам надо беречь руки, а вода и холод плохо влияют на кости и мышцы. Но какая тут работа для музыканта, недавно прибывшего в страну? Их здесь можно купить по пенни за пару. Я сам знаю виолончелиста с мировым именем, поддерживающего существование тем, что моет посуду в ресторане. Скрипач, чудесный артист, работает смотрителем в общественном туалете; от его рассказов о том, что делается в подобных местах, просто волосы встают дыбом. Англичане странный народ. Другой мой знакомый, трубач, более удачлив. Он крупный сильный парень, его взяли на работу в ночной клуб. Вышибалой! — Маленький человечек простер руки в исполненном отчаяния жесте. — Лидии Вайс еще повезло: она хорошо образована, говорит по-английски. Если бы не так, ей было бы трудно устроиться даже уборщицей.

— Понимаю, — промолвил Эдвин.

Ему потребовалось два дня, чтобы завязать знакомство с Ричардом Дженкинсом, худым, приятного вида молодым человеком, занятым написанием длинного романа из жизни средневекового Уэльса. Труд, по его словам, должен был принести ему целое состояние.