— Это меняет дело, — пробормотал Профи. Он знал, что от Алисы можно ждать чего угодно, но каждый раз она ставила его в тупик по-новому.

— Ты сможешь испытывать свою доску все эти десять дней. Ты сможешь наслаждаться чистым горным воздухом, ярким солнцем и моим обществом. Тебе этого мало?

— А тайна? — осторожно напомнил Профи.

— Слушай меня внимательно. — Алиса оглянулась по сторонам и понизила голос. — Ты ведь знаешь, что моя мама работает на закрытом военном заводе?

— Так вот. Уже около месяца вокруг нее вьется очень подозрительный тип.

— Ну и что? Вы ведь уже год как с отцом не живете.

— В том-то и дело! А откуда он это узнал? Откуда у него столько денег, если он нигде не работает? Почему у него зимой загорелое лицо, как ты думаешь?

— Может быть, он загорал в солярии? — предположил Профи.

— Да ну тебя! Как ты не понимаешь, что он обыкновенный шпион, иностранный разведчик? Что он нарочно к моей маме подбирается.

— Шпион? Ну ты даешь! Сейчас шпионов не бывает, — нарочито усмехнулся Профи.

— Еще как бывает! Какой ты все-таки наивный, Павлик. Он хочет завербовать мою маму или просто выведать у нее важные сведения. Их нельзя оставлять вдвоем ни на минуту, понимаешь? Для чего я прошу тебя поехать с нами? Потому что у меня одной так не получится. Кроме того, у тебя же есть всякие шпионские штучки. Как тот микрофон, по которому мы нашли дачу в Серебряном Бору. Шпионов нужно разоблачать. Но если ты боишься, я и одна справлюсь.

— А Тонику ты сказала?

— Мы поссорились. Он трус. — Алиса отвернулась, а потом искоса взглянула на Профи. — Если ты тоже трусишь, то так и скажи. Я не обижусь. Только считай, что я тебе ничего не говорила. И запомни: ты дал клятву.

Профи молчал. Алиса повернулась и, осторожно переступая через кусочки льда, пошла к подъезду.

— Когда вы уезжаете? — крикнул ей вслед Профи.

— Послезавтра, с Курского до Минеральных Вод, — ответила она и скрылась за дверью.

Профи против шпионов

Тоник не хотел ссориться с Алисой. Она всегда нравилась ему больше других девчонок. А в последнее время он только о ней и думал. Но вчерашний случай…

Они стояли на лестничной клетке третьего этажа. Олег с Максом играли на гитарах, Бурдяй им тихонько подпевал, а Вика с Катей, хихикая, шептались. И вдруг Алиса объявила:

— Кто не побоится спрыгнуть с третьего этажа, того я поцелую, — и посмотрела на Тоника.

От неожиданности он растерялся. Такое могла сказать Катя, в крайнем случае, Вика, но не Алиса.

Все переглянулись, а толстый Бурдяй неторопливо подошел к окну, одним движением распахнул его и, пыхтя, влез на подоконник. Вместе с холодным воздухом на лестничную клетку влетели несколько снежинок и отчаянно закружились перед тем, как растаять.