— А в целом как у тебя дела? Всё нормально?

Складывается ощущение, что он предпочёл бы поскорее уйти, и лишь желание оставаться вежливым не даёт ему оборвать разговор. Его можно понять. Я повела себя с ним действительно некрасиво.

— Да, у меня всё хорошо. — От волнения неловко шаркаю кроссовкой по прорезиненному покрытию. — Работаю. А ты?

— У меня тоже всё хорошо. — Резким движением одёрнув сумку на плече, Стас смотрит мне за спину, на дверь. — Слушай, я пойду, ладно? Тренировка через десять минут начнётся.

— Да-да, конечно. — Практически вжимаю себя в перила, чтобы он не подумал, будто я имею намерение обижаться и тем более его задерживать.

— Рада была увидеться, и хорошо тебе позаниматься.

Уже в следующую секунду Стас скрывается внутри спортивного комплекса. Я же продолжаю стоять на месте, несмотря на то что после физической нагрузки тело усиленно требует возмещения потерянных калорий. Мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя от неожиданного столкновения. Ясно, что Стас на меня обижен, может быть, даже разочарован. Увы, винить в этом, кроме себя, мне больше некого. Желая сделать как лучше и не желая его обижать, в итоге выставила себя лгуньей.

Выходит, лучше было всё сказать ему прямо? Так было бы менее болезненно?

У меня снова нет на это ответа.

Наша встреча не даёт покоя до самого вечера. Я не привыкла, чтобы на меня обижались. Ломаю голову над тем, как было бы поступить правильно, до тех пор, пока не понимаю, что идеального решения никогда не найду. Стасу в любом случае было бы неприятно просто потому, что он хотел со мной видеться, а я с ним нет. У меня ведь есть такое право — не хотеть. Разница состоит в том, что заяви я ему раньше, напрямую о своём намерении не встречаться — сегодня была бы избавлена от необходимости виновато отводить глаза.

"

"Именно эта встреча становится катализатором, чтобы наконец сделать то, что я откладывала последние три дня: позвонить Дану. Наш разговор я обдумала от и до, но встретиться с Даном по какой-то причине не решалась. Вру. Мне отлично известны причины промедления. Они всё те же: страшно обнажать душу и подставлять сердце.

37

— Мне только кофе, пожалуйста, — с натянутой от волнения улыбкой прошу официанта и на вопросительный взгляд Дана поясняю: — Я совсем не голодная, правда.

Это вовсе не для того, чтобы сэкономить твои деньги.

Усмехнувшись, он захлопывает меню.

— Тогда мне воду и двойной эспрессо.

— Я была бы совсем не против, если бы ты… — пытаюсь возразить.

— Ты забываешь, что я джентльмен. Не считаю возможным есть, если моя спутница заказала только напиток.

Теперь я чувствую свою вину за то, что испортила Дану аппетит. Он, очевидно, рассчитывал полноценно поужинать, а тут я заказываю кофе.