Сутулый, сжимая нож, сверкал глазами, полными страха и злобы. Штифтан же, казалось, был спокоен, словно готовился к чему-то важному.

Прозвучал удар колокола, и бой начался. Сутулый Хмырь бросился на Штифтана, но тот стоял неподвижно, словно ожидая чего-то. Зал загудел, зрители начали кричать: «Трус! Сдохни!» Но Штифтан не собирался подыхать.

Когда Сутулый был готов смять его своей массой, Штифтан внезапно ожил. Он отскочил в сторону, и Сутулый, потеряв равновесие, растянулся на песке. Штифтан пробежал по нему и, вдавив его в песок лицом, залез на гору ящиков.

Арена взорвалась аплодисментами и смехом. Бой обещал быть захватывающим. Штифтан не собирался убивать противника сразу, но зрители не хотели видеть его милосердие. Они требовали крови, и Штифтан это знал.

Сутулый, ослепленный песком и потерявший нож, шарил по земле в поисках оружия. Он нашел его и начал протирать глаза. Но было уже поздно. Зрители поняли, что он обречен. Дальнейший бой был бессмысленным затягиванием времени, и раздались крики: «Добей его, добей…»

Штифтан спрыгнул с ящиков и, подойдя к Сутулому, вонзил нож ему в основание головы.

Смерть была быстрой и безболезненной. Сутулый упал, и Штифтан, вытащив кинжал, обтер его о рубище убитого.

Зал взорвался аплодисментами. Штифтан поднял руки и раскланялся во все стороны.

Распорядитель объявил:

– Господа! Дохляк был достоин нового имени – Артист.

Зрители выразили свой восторг, и распорядитель арены объявил:

Штифтан отдыхал в укромном закутке, не тревожимый угрызениями совести из-за недавнего убийства. Он уже не раз лишал жизни демонов, и они казались ему куда более грозными противниками. Но в этот раз его сердце билось с дикой, первобытной силой.

В крови закипел адреналин, пробуждая память предков, которые в далекие времена сражались с дикими зверями и смертоносными врагами. Штифтан почувствовал, как в нем просыпается хищник – умный, опытный и неукротимый.

Второй поединок был с бойцом, одолевшим своего соперника. Штифтана нарекли Артистом, а его противника, низкорослого крепкого мужчину с бугрящимися мускулами, – Атлетом. Штифтан сразу заметил, что перед ним бывший военный, умелый и опытный боец. Возможно, именно он был главным претендентом на победу в этот день.

В маленьких прищуренных глазах Атлета читались интерес и отсутствие страха. Симпатии зрителей были на стороне крепыша, его уверенность завораживала. Штифтан же оставался невозмутимым, выжидая своего часа.

Когда прозвучал гонг, Штифтан сделал первый шаг навстречу Атлету. Тот на мгновение замер, не ожидая такой решительности от худощавого Артиста. Штифтан двигался медленно, прихрамывая и слегка морщась. Зрители были уверены, что в предыдущем бою он повредил ногу.