— У меня по-прежнему нет выбора. 

— В этом ты права — выбора у тебя иного не будет, кроме как меня простить. И ты сама захочешь ко мне вернуться. Скоро, очень скоро. А пока… я уйду. Но ненадолго.

И с этими словами он вышел из квартиры. Не оглядываясь, не добавляя больше ни слова.

И, казалось бы, я должна была вздохнуть свободнее, когда он покинул тесную прихожую, все пространство которой занимал. И где по-прежнему витал запах его опьяняющего парфюма.

Но вместо ожидаемого облегчения на меня накатило чувство странной пустоты.

Я вошел в палату к матери Марины, неся корзину цветов.

Знал, что у Светланы Павловны день рождения, и примерно понимал, что она вряд ли станет его праздновать. По ряду причин, главной из которых являлось нахождение в стенах клиники.    

— Камиль Назарович! — просияла она в ответ. — А ко мне вот-вот Мариночка должна приехать.   

Она поднялась с постели, шагнула ко мне. Я придержал ее под локоть и помотал головой, когда Светлана Павловна попыталась забрать у меня букет.   

— Поставлю его здесь, — кивнул в угол палаты, помогая матери Марины сесть обратно. — Тяжелый. И с днем рождения вас.     

Мне просто хотелось ее порадовать.

Сделать хоть что-то, что вызвало бы улыбку на изможденном лице. Что мне в итоге удалось — Светлана Павловна растянула губы, когда я ставил цветы в углу палаты. Склонила голову набок и залюбовалась букетом.     

— Спасибо вам, Камиль Назарович. Не припомню, чтобы кто-то в последнее время столько для нас делал.    

— Хочу позвать вашу дочь на ужин. Вы не будете против? — спросил я, чувствуя себя парнем лет двадцати, а вовсе не сорокалетним мужиком.     

— Конечно, нет! — замахала на меня руками Светлана Павловна.

— И не спрашивайте меня о таком!    

В этот момент мне стало окончательно неловко, но я не успел решить, стоит ли мне и дальше продолжать этот разговор, потому что в палату вошла Марина.    

— Мам…— начала она, но тут же замерла, когда ее взгляд нашел меня.     

От сияющей улыбки не осталось и следа, а взгляд моей девочки тут же потух.     

— Мариша, а у нас Камиль Назарович. И он знает о моем дне рождения. Может, не будешь сегодня возле меня, а сходишь с ним куда-нибудь?      

Марина посмотрела на меня, и показалось, что по мне полоснули ножом.

Впрочем, я это вполне себе заслужил.    

— Вообще я думала… — начала она, но Светлана Павловна ее оборвала:    

— Знаю, что скажешь. И что бы ни думала — иди и развейся!      

И в этот момент я мысленно поблагодарил небеса за то, что мне досталась такая теща. Будущая, разумеется.    

— И почему у тебя получается сделать так, как ты того хочешь? — невесело ухмыльнулась Марина, листая меню и не поднимая на меня взгляда.     

Я же сидел напротив и действительно ощущал себя влюбленным парнем на двадцать лет моложе.