– Да так, выполняю просьбу своей жены, – встает со стула, вынимает из пакета контейнеры с едой, одежду, лекарства. – Тут обезболивающее и антибиотики. Советую пропить. Если почки воспалятся, лечить тут тебя никто не будет. А ссать кровью ты еще долго будешь. Так вот, я не монстр. Вытащу тебя, Таня уже написала заявление и дала показания. Коликова утихомирю, у меня есть свои рычаги давления на таких людей. А ты взамен забудешь о существовании Татьяны. Она очень восприимчивая девочка, чувствительная, – вновь делает паузу, позволяя мне почувствовать последнее слово.

И сразу хочется проехаться по его лощеной морде, чтобы «подправить» этот самоуверенный фейс. – Поностальгировала немного, но не более, из семьи не уйдет, да и я больше не позволю этому случиться. Мы поговорили, она считает вашу мимолетную связь помешательством, но просила помочь тебе за спасение. А я делаю все, что желает моя жена, потому что мне очень дорого ее равновесие. Ну и немного личного – тоже должен нагнуть этого ублюдочного мажора.

– Ты сам-то веришь в то, что говоришь? Таня – моя! Всегда была, есть и будет. Ты – это просто метод забыть меня, но безуспешный.

– Да-а-а-а?! А почему она тогда сейчас в моем доме и в моей кровати? Кстати очень искусно просит прощения по ночам за недоразумение в виде тебя, – усмехается Костюм.

Резко встаю со стула и хватаю Доронина за грудки. Голова кружится, в глазах темнеет, но я цепляюсь пальцами в его идеально выглаженную свежую рубашку и тяну к лицу. Не сопротивляется, стоит ровно, ухмыляясь мне в лицо. А меня трясти начинает от мысли, что он сейчас не лжет. Разве моя Таня может выйти из моей постели и тут же лечь с ним? И наоборот… А ведь может, ведь так оно, в принципе, и есть.

Она уже давно не та девочка, которую я знал.

– Не веришь, Аверин? – приподнимает брови, а я отрицательно мотаю головой. Он вынимает из кармана телефон, почти не глядя, набирает номер и подносит его к уху. – Алло, Татьяна, поговори с бывшим мужем, – он протягивает телефон мне. Отпускаю его рубашку, забираю телефон, а у самого руки трясутся. Мне так надо услышать ее голос, чтобы не хотелось сдохнуть, а появились силы начать бороться.

– Алло? – Давай, родная, скажи мне, что это все неправда…

Глава 23

Антон

– Антон, – робко еле слышно произносит Таня.

– Тата… – так же хриплю, не решаясь задавать вопросы, потому что не хочу слышать ответы. Обхожу стол и отворачиваюсь к окну. Мне неприятен сам факт, что Доронин присутствует при нашем разговоре. Это только наше, очень интимное.

– Как ты? – немного громче, с надрывом спрашивает она.

– Я нормально, Таня, – перестаю чувствовать боль, слабость, усталость, даже туман рассеивается. Хочу слышать ее голос еще и еще, хочу сам много чего сказать.