— Но почему?

— Потому что я, не смотря на горе, живущее в моём сердце, пыталась разобраться в исчезновении твоего отца, и пришла кое к каким выводам. Только вот поделилась ими ни с тем, с кем следовало. Ведь именно после его исчезновения ты получил наследный титул и всё причитающееся к нему. Вряд ли ты знаешь, что твоя жена, плод страсти человеческой девушки и эльфа. Она росла в глухой деревушке, недалеко от Северных гор, где над ней часто издевалась деревенская ребятня, строя козни, из-за того, что она не такая как они. Да, дети могут быть и такими, когда дело касается того, кто отличается от них.

Именно тогда она возненавидела весь людской род, и поклялась отомстить им. Сбежав из деревни, она попала в пещеры, где гоблины покланялись своему тёмному богу Кархашу, там и была заключена сделка на крови, которая повлекла за собой все последующие события. Ей, с помощью тёмной магии, давалась сила убеждения и немного удачи, что с её врождённой красотой было сильным оружием, в обмен на это, она поклялась в верности Кархашу. Добравшись до нашей столицы, Лурдэния выбрала себе жертву, способную обеспечить её тем, к чему она стремилась — деньгами, властью, уважением сильных мира сего. Этой жертвой стал ты, сын.

— Значит, из-за этого она уговаривала меня не посещать священную рощу, боясь, что там мне откроется вся правда, — лорд с ненавистью уставился на свою жену. — Мама, как тебе удалось это всё разузнать?

— В нашем мире нет тайн, всё, что известно одной душе, доступно и остальным, — улыбнулась та. — Оказалось, что своего кровного отца, Лурдэния, отыскав, первым отправила в мир иной, пылая жаждой мести, от него я и узнала, недостающие факты.

Теперь ты понимаешь, какую ошибку совершил, предав истинных друзей?

— Да, понимаю, — обречённо кивнул лорд, но, внезапно поднявшись с колен, расправил плечи, взглянув на императора, — и… сожалею. Я готов понести наказание.

— Да будет так! — откликнулся тот. — С Лурдэнией я разберусь сам, но сперва надо основательно покопаться в её памяти, что же касается тебя… Думаю, только смерть может искупить все твои злодеяния, но решать не мне. Среди нас есть та, кому ты причинил больше всего страданий — ей и выносить приговор. Что скажете, принцесса Камилия?

От неожиданности я не сразу нашлась с ответом, хлопая в растерянности ресницами, поэтому мне на помощь пришёл Эл.

— Знаю, это не просто, — развернув меня к себе, сказал он, заглянув в глаза, — но такова доля всех правителей. Ты можешь, как казнить, так и помиловать, но прежде чем озвучить своё решение, взвесь все «за» и «против», ведь от этого зависит не только его жизнь, но и жизни других.

Я понимала всю ответственность, возложенную на меня, но лишать, кого бы то ни было жизни, оказалась не готова.