Он сам чувствовал, что выражается косноязычно. Словарный запас, казалось, обеднел вдвое. Так много слов потрачено, так мало выяснено… Портрет веселой девушки с утянутой корсетом талией не выходил из головы. Алая помада. Стрелки. Все немного утрированное, киношное. Она как будто вышла из фильма «Стиляги».

– Как вы его называете? Хроникер? Да, в этом что-то есть. С камерами не так все просто: прошло много времени, никаких записей не сохранилось. Но… – Истрик поправил очки. – …мы над этим работаем.

– А что с юристом? Котляром?

Истрик воткнул в рот зубочистку и покрутил шеей, будто не слыша вопроса.

"Котляр был убит ударом молотка в висок. Орудие убийства нашли на месте преступления. Вернее, то, что от него осталось. На металле была запекшаяся кровь. Ручка обуглилась, хоть и не сгорела полностью. Молоток частично сохранился, однако в расследовании ничем помочь не мог.

Сохранилась и канистра. Убийца действовал до того грубо, что Истрик даже морщился от такой топорной работы. Прийти к юристу ночью, притащить с собой канистру бензина… Лев Котляр, как рассказали соседи, часто оставался ночевать в офисе. Он знал визитера и открыл ему дверь.

«Как, интересно, тот объяснил канистру? – думал следователь. – Или ничего не объяснял, сразу ударил?»

Пожалуй, дело было именно так. Когда Котляр повернулся спиной, гость разбил ему голову молотком. Облил офис бензином, поджег и ушел.

Да, грубо и топорно. Однако действенно.

Котляр мертв, от его документов ничего не осталось.

Информация хранилась не в «облаке», а на жестком диске компьютера, который исчез.

Ни камер, ни свидетелей. Алексей Борисович возлагал надежды на небольшую стихийную парковку. Многие водители ставили регистраторы, работающие и при выключенном двигателе.

Телефон, с которого на номер Котляра поступали звонки, установили. Принадлежал он какому-то пьянице, не способному вспомнить даже собственное имя.

«Хитрый, сволочь», – мысленно повторил Истрик за сыщиком.

Он коротко сообщил Илюшину, что стало известно от экспертов.

– А насчет текста книги? – жадно спросил тот. – Вы нашли специалиста?

– Ищем. И с издательством связались. Но все их контакты обрываются на юристе.

– Что с магазином, в котором Хроникер выкупил «Песни ангелов»?

– Работаем.

– А там, где он напал на Риту… Последний экземпляр…

Илюшин пересел со стула на диванчик и уснул на полуслове. Просто выключился. Истрик придвинул лист бумаги, на котором сыщик успел что-то записать, пока сидел за столом.

«Полина Грибалева. 17.09.95»

Макар проснулся двадцать минут спустя. Услышав, что он зашевелился, следователь поднял голову.

– Уголовного дела Грибалевой в архиве нет, – сказал Истрик. – Прошло слишком много времени.