А ты его маринуешь двадцать лет!

– Ты можешь говорить серьезно?

– Сто раз пробовала. Но ты по-прежнему считаешь, что я должна за Ванину внимательность замуж выйти?

– А чем плохо это качество? Почему для тебя надежность и забота менее привлекательны, чем избегание ответственности и бесконечная язвительность? – Арина Юрьевна раздраженно убрала за ухо единственную в ее пышных светлых волосах седую прядь.

– Чувство юмора и таинственность.

– Мамочка! – Соня спрыгнула и принесла еще одни вампирские клыки и черный парик. – Будь нашей Мейвис, когда мы вечером за конфетами в «Аленку» пойдем!

Миль достала из сумки афишу своей лекции и рубище Лира.

– Не могу, малыш! – Она бросила короткий взгляд на мать. – У меня сегодня более подходящий моим успехам костюм. Но я приду вечером и принесу тебе подарки и какое-нибудь пирожное из кафе. Зато смотри, какая картинка бабушке на холодильник!

Арина Юрьевна фыркнула и ушла на кухню:

– Кто не обрадуется фото дочери в прицеле маньяка? Самый правильный, конечно, для молодой женщины контекст!

Анна виновато пошла за ней:

– А ты знаешь про лекцию?.. Ну, понятно! Ванечка просветил?

– Он за тебя волнуется.

Ночами читаешь про маньяков. Днем рассказываешь об этих… – она показала на ряды марионеток и венецианских, порой жутковатых, масок, украшающих кухню, – рожах!

– Мордах. Обедаешь с людьми из милиции!

– Человеком. Человеком из полиции. Ванька, как всегда, все преувеличивает.

– Ваня делает то, что должен делать каждый надежный мужчина. Волнуется, защищает, хочет, чтобы ты наконец проснулась!.. Ну, родила к тридцати для себя. Ну, осталась одна. Ну, тянешь эту лямку, хватаясь за любую подработку.

Консультируешь, преподаешь, репетиторствуешь. Но есть же тот, кто готов вас подхватить и на руках носить!..

Она сильно сжала тюбик с сиреневой глазурью, которой украшала печенье, и та брызнула Анне на лицо и платье.

– Мам! – подбежала Соня. – Бабуля в тебя стреляет кремом, потому что злится? Ты позднеклыковая?

Миль стерла бумажным полотенцем глазурь:

– Скорее старородящая.

Соня замахала пришитыми к кофточке крыльями:

Анна бросила выжидательный взгляд на мать:

Соня бросилась к пакетам и достала оттуда ободок с дьявольскими рожками и сладости:

– Нет! Ты многоимущая! Ух ты! А это кто?

Она держала в руках огромную коробку с лохматой ведьмой в остроконечной шляпе, сидевшей на метле.

– Это, – Миль подползла к ней на четвереньках и нащупала кнопку на груди ведьмы, – наша защитница. Злая ведьма, которая будет жить с нами и выметать своей метлой все зло из квартиры, всех гостей, пришедших со злым умыслом и камнем за пазухой. Проверим дядю Ваню?

Она нажала на кнопку, и глаза ведьмы замигали красным светом. Квартиру наполнил адский смех.