Только мальчик так и стоял неподвижно, глядя на то, как волна пыли несется к нему.

Несколько минут спустя пыль улеглась.

Строители вернулись на площадку, опять по двое-трое, и приступили к работе. Мальчик вытер пыль с лица, сделал глубокий вдох и пошагал к самому высокому дереву во дворе.

Была весна. Большое дерево, пережившее зиму с ее монохромом, расцветало салатовой листвой. Мальчик забрался на толстую ветку, привстал на цыпочки и потянулся к брошенному птичьему гнезду. Оттуда он достал черный полиэтиленовый пакет.

Медленно слез назад на землю и присел, опираясь о ствол спиной.

В пакете лежало нечто, обернутое в несколько слоев газеты и перетянутое желтым скотчем. Мальчик терпеливо снял скотч и обертку, под которыми обнажился черный металл револьвера.

Опытными руками мальчик откинул барабан и вытряхнул шесть патронов из него на ладонь. Медного цвета гильзы заблестели, холодные и гладкие, совсем как новенькие. Мальчик бросил их на землю, а потом ласково провел пальцем по холодной стали барабана. Захлопнул его и нажал на спуск. Потом еще раз. И еще. Плавное вращение и щелчки пустых камер барабана явно доставляли ему удовольствие. Он продолжал играть с револьвером, пока не пришел в состояние радостного возбуждения. Удивительно, но долгая зима нисколько не повредила его сокровищу. На лице мальчика, покрытом запекшейся коркой грязи, заиграла улыбка.

Неподалеку на площадке под грохот строительной техники, треск битого кирпича и нестройные выкрики рабочие уничтожали остатки некогда мирного рая. Никто не заметил ребенка и тем более куска металла, который он держал в руках.

Мальчик не сводил глаз с руин «Дома ангелов» и строительной команды. Прошло немало времени, прежде чем он опустил голову и начал перебирать рассыпанные по земле патроны. Наконец выбрал один и загнал его в барабан.

Потом крутнул барабан ладонью и захлопнул его.

Ему показалось, что вокруг сразу воцарилась тишина – он слышал лишь чириканье птички где-то в ветвях у себя над головой. Мальчик втянул носом воздух, словно пытаясь уловить аромат своей симпатичной подружки.

Он встал лицом к тому месту, где еще совсем недавно был «Дом ангелов», поднял правую руку и поднес холодное дуло револьвера к виску.