Он повернулся к собравшимся вокруг солдатам, взгляд задержался на их женах с детьми, что скромно стоят позади, но лица обращены к нему, в глазах – надежда и вера в него – могучего и сильного вождя, который даже через студеное море перевел их так, что никто и ног не замочил.

Яфета окружили плотным кольцом, смотрят с почтением, готовые внимать всему, что скажет правитель.

– Надо двигаться дальше, – произнес он, чувствуя, как усталость уходит, а на ее место возвращается жажда движения, прогресса, желание покорить эти земли. Обустроиться так, чтобы и его дальние потомки по праву считали их своими.

 – Отправляемся! До заката надо уйти как можно дальше! Хотя без телег и волов будем двигаться медленнее, но что-то да придумаем! Отдыхать будем позже!

Воины начали садиться на коней. Простые люди тоже садились верхом, если были кони. Безлошадные же взваливают на спину мешки, на лицах страх, неуверенность, хоть и стараются не показывать. Женщинам с детьми уступили своих коней, а сами отправились пешими рядом.

Несколько отрядов выехало на разведку, Керголл умчался вместе с ними.

Яфет сел на Аркунара, подъехал к уже ожидающим его воеводам.

– Переход через море нам удался, – сказал он. – Где-то здесь встретятся невры – про них рассказывал еще Мафусаил. Он описывал их как исполинов, но кто знает, что он видел на самом деле. Попробуем с ними договориться.

– Исполины, – повторил Громострел задумчиво. – А если договориться не выйдет?

– Тогда примем бой и вырежем всех под корень! – вскричал Ратибор грозно. Его уже успели накормить, к нему вернулись силы, щеки вновь сияют здоровым румянцем, а жажда свершений и подвигов в серых глазах сделалась еще ярче.

– Еще как договоримся, – сказал Яфет, нахмурившись и глядя на темнеющий далеко впереди лес.

Он тянется за виднокрай, вздымается к небу вместе с огромными, как велеты, холмами. – Если предложения дружбы не помогут, то под дерновым одеяльцем места хватит им всем.

Он тронул бока коня шпорами, и тот сорвался с места. Громострел c волхвом, переглянувшись, последовали его примеру.

Ратибор молча поскакал за ними. Взгляд отсутствующий, словно перед глазами все еще сарготы и разъяренные велеты крушат его воинов.

Наконец, посмотрев по сторонам, он улыбнулся, тряхнул светлыми, как лен, волосами.

Гордо вскинув заостренный подбородок, он радостно закричал: «Златокора! Где ты, родная?»

Он помчался к идущим пешком мужчинам и женщинам, высматривая среди них сестру.

Яфет выехал вперед, погруженный в тягостные думы, как облегчить своим людям передвижение – перед переправой они бросили обозы и волов. И если телеги можно сделать, как только доберутся до леса, то тягловых волов здесь вряд ли отыщешь, их и до этого в этих землях не видели, разве что дикие буйволы попадались.