Массивные наросты на громадном, как тысячелетняя скала, древе выглядят как множество глаз. Они в упор взирают на трех воинов, посмевших подъехать столь близко.

Огромный, усеянный трещинами и шляпками древесных грибов величиной с конскую голову ствол Прадуба уходит, как показалось Яфету, к скрытому ветвями небу.

Прадрево выглядит громаднее, чем все, что Яфет когда-либо зрел на своем веку. Даже Ковчег, на котором с братьями пережил Великий Потоп, был меньше в размерах.

Тцар мрачно поделился этими мыслями со спутниками.

– В эти края, как рассказывал мой наставник Мудролюб, – отвечал волхв, – Потоп вообще не доходил.

Здесь раньше стояли огромные льды – высотой до самого неба. Льдины были здесь повсюду. Но люди как-то сумели пережить Великий Лед. Потом уже тут появились леса. А древние люди – невры – тут так доселе и живут.

– Брешет этот твой Мудролюб, – молвил Громострел с недоверием. – Это ж сколько с тех пор прошло времен! Это ж как долго эти невры должны были прожить и не сдохнуть! И это в таком холоде, когда от одной мысли о нем зябко становится. Какие же это должны быть звери…

– В любом человеке спит зверь, – произнес Соколиный Клюв наставительно.

 – Мы, по сути, со зверьем в близком родстве. Только вот, если хотим выжить и развиваться, как люди, от зверя в себе надобно избавляться!

– А как от него избавиться? – спросил Громострел недоверчиво.

– Ну как-как, – проговорил Соколиный Клюв буднично. – Метод уже давно известен. Не есть мяса, не брать в руки оружие. Не гнаться за деньгами и красивой жизнью. Не плясать в стельку пьяным посреди храмовой площади, как ты любил делать в Вавилоне.

– Как же можно вот так жить? – спросил Громострел, перекосившись от отвращения.

– А вот так, – сказал волхв и наставительно поднял указательный палец. – В одиночестве в лесу. Со зверьем.

Старший воевода посмотрел волком.

– Вы волхвы – самые лютые звери на свете! Посоветовать человеку жить настолько безрадостной жизнью. Да вы просто изверги. Тьфу!

Помолчав, с отвращением добавил:

– Ни за что не пойду в старости в волхвы.

Среди листвы высоко над головами раздался шум, словно могучие ветви пришли в движение. Оттуда вылетел массивный ворон размером с кабана и с громким карканьем понесся к ним.

Все трое задрали головы. Громострел цапнул рукоять топора. Яфет тоже приготовился выхватить оружие, держит ворона пристальным взглядом, но громадная птица унеслась прочь, обдав их ветром от взмаха длинных могучих крыльев.

– Смотрите, – проговорил вдруг Соколиный Клюв, указывая вперед. – Всемогущие боги! Это же… Глазам не верю!

Громострел уставился вперёд с непонимающим выражением, но потом лицо удивлённо вытянулось. Воевода хмыкнул, словно узрел забавное.