Иногда захлестывало чувство, от которого мурашки по коже, что в любой момент щупальца могут кинуться сверху, как невообразимо огромная сеть, и поймать Яфета и всех, кто с ним, как мелкую рыбешку. Он старательно гнал эти мысли прочь.

– Что тебя смущает? – спросил как-то он, выехав с волхвом вперед, навстречу ветру. – Ты несколько раз говорил, что лицезреть Прадуб для тебя сродни чуду, в которые ты больше не веришь. Что это – тайна за семью печатями, и за возможность увидеть Прадрево, любой бы отдал все, что угодно и даже жизнь!

Скачущий рядом Соколиный Клюв взглянул мрачно, усмехнулся.

На скаку молвил:

– Как раз этого и боюсь, тцар. За долгую жизнь я многое повидал, окунулся в великое множество тайн, секретов волховства и природы. Меня уже мало, чем удивишь. Но это…Прадрево – одно из последних чудес света, на которое хочу посмотреть.

– Но ты же вот-вот его увидишь! – кивнул тцар. – Так почто как в воду опущенный?

– А то, – пояснил волхв, – что узрю я Прадрево и…еще на одну тайну станет меньше. Мой наставник Мудролюб говорил – большое знание таит большую печаль. И он прав. Я старею.

Моя жажда знаний и нового иссякает, ум утомляется и уж не может вместить столько. У каждого своя корзина в голове. Так вот – моя уже почти переполнена. Посему мне горько и обидно.

Он развернул коня и поскакал назад к пыльному облаку, в котором мелькают всадники, слышно мычание волов, доносится конское ржание.

Прадуб разрастается с каждой верстой. Темно-коричневый ствол с наплывами грибов занял собой половину виднокрая, а крона, скрывающая все небо, словно бы стала гуще, темнее.

Яфет, как всегда несётся впереди всех телег, обозов с женщинами, стариками и детьми да охраняющими их воинами.

Вперед хотели выехать отряды разведчиков, но тцар жестом остановил, а сам мрачно всматривается в темную громаду пращура всех деревьев, невольно стиснув рукоять меча.

– Неужто ждёшь, что оттуда могут появиться враги, тцар? – раздался недоумевающий голос старшего воеводы.

– Мой наставник Мудролюб рассказывал, – произнес Соколиный Клюв сумрачно, – что Прадуб охраняют диковинные звери. Они сильны, у них могучее тело льва, орлиные крылья, а личина у кого женская, а у кого тож птичья, с клювами, которым и камни можно долбить.

– Твой наставник сказал правду, – поддержал Громострел, кивая с самым серьезным видом, – я сам однажды видел вот именно такого зверя. Гм…правда я тогда был пьян в стельку…

– Всем оставаться здесь, – бросил Яфет негромко через плечо и вскинул сжатый кулак. Малагант молча кивнул, взгляд оставался все таким же холодным и сосредоточенным. Никто никогда еще не видел, чтобы Малагант выказывал страх, беспокойство или даже радость. Всегда спокоен, как кусок льда.