Яфету показалось, что услышал негромкие удаляющиеся шаги, но потом вдруг зазвучал снова, уже с другой стороны:

– Ты ж не забудь сказать Огневиту, что Колодыр выплатил долг!

– Передам, – заверил Яфет.

В ответ коротышка ворчливо помянул мать, бабушку, всю родню Огневита и какой-то хусим. Яфету слово показалось знакомым, но не стал ломать голову, разгадывая, и вернулся к костру.

Языки пламени пляшут неторопливо, в черное небо выстреливают целые рои огоньков.

Яфет глянул на папоротник, что растет в двух шагах. Повернувшись спиной к костру, чтобы не слепило глаза, он сел на траву. Меч устроился на коленях, и тцар принялся всматриваться в темноту.

Он дернулся, резко открыл сонные глаза, и увидел, что невдалеке в темноте горят красноватые огоньки. Яфет подобрался, взял Меч и встал, разогнувшись во весь огромный рост.

Огоньки шевельнулись, двинулись в его сторону. Впереди обозначился человеческий силуэт. Донеслось приглушенное рычание. Из темноты выскочило похожее на человека, но тцар узрел бычью голову с массивными рогами. На него взглянули красные, как пылающие угли, глаза.

Он ткнул в напавшего Мечом, клинок вошел в грудь как горячий нож в масло, и тварь с воплем исчезла. Обернувшись, Яфет увидел, что светящиеся нечеловеческой злобой глаза взирают со всех сторон.

Вокруг словно прорвало плотину. Из темноты стали тянуться узловатые руки с крючковатыми пальцами. Тянутся, норовят ухватить за кольчугу. Другие метят в лицо, пытаются схватить за волосы, выцарапать глаза. Из темноты доносится утробное рычание, над головой хлопают крылья, слышен отвратительный писк летущих мышей.

Яфет отмахивается, видит перекошенные злобой зверо-человеческие лица. Меч тцара вращается с бешеной скоростью, лихо обрубает уродливые руки, пронзает насквозь тех, кто вылезает из тьмы, с глухим чавканьем разваливает головы.

Круг света вроде бы стал тусклее, темнота за его пределами сгустилась, и твари тоже осмелели. Яфет стал рубить еще быстрее и сильнее, крутиться на месте, отбиваясь сразу и спереди, и сзади, не давая зайти с боков.

Не глядя, пнул груду хвороста, и костер вспыхнул с новой силой. Огонь затрещал радостно и освобожденно. Нежить отхлынула. Яфет ступил было вперед, чтобы догнать, зарубить, вбить в землю по самые ноздри, но вовремя остановился, продолжая рассекать выдвигающиеся из тьмы рожи и уродливые костлявые руки.

Серый клинок рассвета разорвал темноту. Натиск ослаб, а затем и вовсе прекратился. Перед Яфетом оказалось последнее существо. На вид скользкое, лысое. Ноги и туловище, как у человека. Голова усеяна шипами, они торчат даже из подбородка. За спиной темнеют паруса больших кожистых крыльев.

Тварь зарычала, бросилась на Яфета.