– Господи, боже мой! Родион Максимович, зачем вы сами встали? Надо было меня позвать, надо было… Что случилось? Вы… вы что-то бормотали про Полину, вы ее вспомнили?

– Я… Да, кажется начинаю вспоминать. Я помню, как мы ходили на банкет и… Господи, сейчас это неважно, ее надо спасать! Полю увез преступник. Михалыч, помогите мне, я хочу пройтись по комнате.

– Нет уж. Звоните сначала всем, кому требуется, а потом будем учиться ходить. Я врача вызову, пусть вас осмотрит.

– Вы правы, – опускаюсь в ненавистную коляску и звоню Караваеву, а потом Эдуарду.

– Брату позвоните, пусть поможет вам. Отношения между вами в последнее время не очень, – осторожно протягивает Михалыч.

– Спасибо, вы правы. Сейчас его наберу, – слышу длинные гудки на том конце провода. Может быть, его тоже… Господи, ну, конечно! Если Наталья в связке с преступником, они попытаются избавиться от всех претендентов на наследство. С другой стороны, Эдуард утверждал, что Егор Артеменко, сын Кирилла. Станет ли Наталья избавляться от отца собственного ребенка?

– Звоните Журавко! – складывая руки на груди, взмаливается Михалыч. – Пусть высылают опергруппу к той женщине! Уж простите, я все слышал… О чем вы тут балакали с детективом.

– Вам надо было в полиции служить, Вадим Михалыч. Вам, а не этим… Журавко, вы меня слышите? – рычу в динамик.

– Да, Родион Максимович! Я связался с Анжелой, вы были правы: Шаров вызвался подвезти Полину до больницы. Номера его машины я пробил, данные с камер видеонаблюдения улиц, прилегающих к заводу, запросил. Телефон Полины определяется в месте пересечения переулка Доваторцев и Космонавтов. Думаю, он выбросил телефон из окна.

– Пробейте его номер телефона! Вы догадались это сделать?

– Конечно, не кричите. Он за городом, в двадцати пяти километрах отсюда. Опергруппа уже выехала.

– Нужна еще одна. Кирилл не отвечает на звонки, возможно, от него тоже попытаются избавиться, как от свидетеля.

– Я сам поеду, у нас нет столько людей, – блеет Журавко.

– Позвоните Эдуарду, он поможет вам. У него внушительный штат сотрудников.

– Не положено брать на задержание гражданских лиц, вы же понимаете, что…

– Возьмите стажеров, поговорите с начальником отдела. Только не сидите на месте!

– Уже еду, Родион Максимович…

Не понимаю, сколько проходит времени? Может, в потустороннем мире его нет? Там легкость, невесомость, покой… Но и этого я не ощущаю. Болит голова, саднят коленки, мышцы ноют, как после интенсивной тренировки. Неужели, я еще здесь, на земле?

– Вован, похоже, приходит в себя, – слышу незнакомый мужской голос.

Усилием воли разлепляю глаза, пытаясь рассмотреть окружающую картинку. Над головой висит плед с цветочной расцветкой, сплошь усеянный значками разных лет.