И правильное решение отыскать не удавалось.

– Спасибо вам, Нидхи, – благодарил Стоун, опуская люк на первые несколько дюймов. Голос его ясно отзывался в шлеме коллеги. – Спасибо вам за все. Жаль, что… у нас не было времени для более близкого знакомства.

Ведала наблюдала, как инфекция «Андромеды» распространялась за плечом Стоуна по механизмам модуля, неуклонно приближаясь к остальной части МКС. Останки «Робонавта» плавно вращались, демонстрируя наполовину разъеденное золотое лицо.

– Прощайте, Джеймс, – прошептала Ведала. – Храни… вас Бог.

Как только Нидхи неохотно отступила и медленно отплыла в сторону, Стоун, схватившись за крышку, начал опускать ее вниз. Через иллюминатор Ведала смотрела на решительное лицо коллеги и старалась не обращать внимания на пульсирующую боль в поврежденном колене. Прижавшись к стене, он дюйм за дюймом закрывал люк.

Пока он медленно смыкал пространство, Ведала сделала окончательное признание по радиосвязи:

– Когда вы присоединились к миссии, я думала, что вас выбрали исключительно из-за отца. За это я вас ненавидела, хотя мы с вами даже знакомы не были. Но я ошиблась, Джеймс. Я хочу, чтобы вы знали это. Неважно, кем был ваш отец, потому что вы – правильный выбор.

Стоун ненадолго помедлил, прежде чем сделать собственное признание:

– Не переживайте, Нидхи. У меня были причины, чтобы приехать. Джереми Стоун, к слову, мой приемный отец. Информация была строго засекречена, но Стерн, думаю, знал. Мое настоящее имя – Джейми Риттер. Пятьдесят лет назад я стал одним из двух выживших после первого инцидента с «Андромедой». Я и есть тот ребенок.

Подошвой ботинок Стоун чувствовал вибрацию инфекции. Время прощаний закончилось. Морщась, он потянул за рычаг, чтобы закрыть люк.

Но тот почему-то заклинило.

Ведала успела засунуть в проем помятый огнетушитель, после чего, упираясь ногами в стену, обеими руками открыла люк. Прежде чем Стоун успел среагировать, она схватила его за грудь и втянула в модуль «Юнити».

– Нидхи! – закричал Стоун, но было уже слишком поздно.

Волна зараженного вещества приближалась к люку, расширяясь змеевидными лентами. Теперь у Стоуна не оставалось выбора, кроме как помочь Нидхи закрыть и задраить люк. А затем он повернулся и закричал:

– Какого черта вы делаете…

Фразу закончить он не успел, поскольку Нидхи притянула его к себе и прижала прохладную поверхность полузеркального щитка к разбитому шлему товарища. Глядя на Стоуна в непосредственной близости, она улыбалась, а глаза стали блестящими и влажными от слез.

Ведала заговорила спокойно, с уверенностью самого умного человека на планете… и самой умной женщины в космосе.

– Джеймс, единственная причина, по который у вас нет симптомов, заключается в отсутствии заражения.