— Шшшш, тише, маленькая, я тут! С тобой! Успокойся! — на краешек постели лёг, на грудь её голову положил, нежно погладил.

У самого дыхание сбилось и пальцы дрожат. Её мокрые волосы насквозь промочили мне майку.

— С-страшно мне. Очень страшно!!! — Аню трясёт, как при мощном гриппе.

— Успокойся, это просто кошмар. Просто кошмар…

— А ещё мне б-больно… — Всхлипывает. Так протяжно, что меня на части рвёт и на атомы рассыпает от невозможности помочь.

Почему!!! Почему и за что ей всё это!!!

Почему не я… Почему не Я сейчас на её месте!!!!

Это было бы справедливо.

— Где больно? Где больно милая?? Ноги?? Ноги болят? — лицо дрожащими ладонями обхватываю, слёзы большими пальцами растираю, — Врача позвать?? Что мне сделать? Что??

— Нет. — Сглотнула. — Ног я больше не чувствую. Тут болит… — руку мою берёт, ладонью к груди прикладывает. К сердцу. — Там болит. Ноет и печёт.

Руки трясутся. А липкий пот по коже несётся. Дыхание тяжёлое, рваное.

В глазах темнота. А под ладонью её хрупкое сердечко бешеным эхом вибрирует. И этот стук глухой и рваный будто у меня в ушах громовым раскатом отдаёт.

— Мне просто снова авария приснилась. На этот раз сон был настолько реальным, что я… что я думала, что моё сердце… оно не выдержит.

— Ты со мной, со мной, со мной… — как молитву повторяю, успокоить пытаюсь.

Но больше себя, подонка утешаю, чем её.

В конце концов Аня немного расслабилась. Согрелась. Дрожь прошла, дыхание более-менее выровнялось. Благодаря моей поддержке, моим объятиям. Сделав несколько глубоких вдохов, девушка оторвала голову от моей груди, в глаза посмотрела и судорожно прошептала:

— Мне п-приснилось, что это т-ты… Ты за рулём б-был.

Секундная пауза. Свист в ушах. Такой, как на кардиографе, когда сердце останавливается.

— И это ты меня сбил.

У малышки сегодня день рождения. Я очень долго и усердно работал, чтобы купить ей подарок. У меня получилось. Я купил ей телефон и огромный букет алых роз. Надеюсь, понравиться.

Погода в этот пасмурный день оставляла желать лучшего. Набросив на голову куртку, я бежал по лужам, возвращаясь с рынка. В одной руке — бархатные розы, в другой — свёрток, перетянутый подарочный лентой. Хотел успеть к её пробуждению. Нюта ведь не любит одиночество.

Как назло, в пробку попал!

До сих пор не могу привыкнуть к общественному транспорту.

Такое ощущение, словно нас, живых людей, запихнули в консервную банку, без грамма кислорода, оставив там мариноваться на долгие сутки.

В больницу вернулся только к одиннадцати часам.

Моя девочка наверно жутко расстроилась…

Хоть бы до истерик дело не дошло.

Кстати, врачи нам прописали успешные прогнозы! Вплоть до того, что через месяц Аня сможет покинуть больницу. Думаю, успею к этому времени на нормальное жилье накопить.