– Марфинька предпочла бы, чтобы все суетились вокруг ее собственной персоны. – Ты и сама у нас, к слову… Тссс. – Она осеклась и приложила пальчик к напомаженным губам.

– Да, тетя, а кто ты у нас? – Я вспомнила, как родная старушка вызывала медпомощь каким-то цифровым кодом. – Неужто шпион?!

– С ума сошла? Совсем наоборот. – Тетушка покрутила перстом у виска, глянула на палец, ахнула: – Ноготь сломала! – и побежала искать пилочку.

Звонок залился трелью, кот порысил открывать, прыгнул на дверь, нажал на ручку.

Похоже, дрессированные коты генерала еще не встречали.

– Здравствуй, здравствуй, дорогой Митенька! Сколько лет, сколько зим! Воля, брысь. – Тетушка отогнала кота и быстро организовала правильный комитет по встрече. – Это моя внучка Леночка и наши подруги Ирочка и Марфа Ивановна.

– Можно просто Марфа, – разрешила мадам Зарецкая, одобрительно оглядев званого гостя.

За чаем, уважая правила хозяйки дома, вели исключительно светскую беседу: сначала о погоде, потом о природе, затем о культуре… Мне не терпелось, я несколько раз пыталась сузить тему культуры до театра, чтобы уже оттуда перебросить мостик к смерти Барабасова, но тетушка мне мешала, делая строгие глаза и стуча ложечкой по блюдечку. Я вздыхала и ждала.

Дмитрий Андреевич Толстопятов, тетушкин генерал Митенька, посетил нас, чтобы в приватной обстановке рассказать о выводах официального следствия. Оно все-таки было проведено – мне удалось заинтересовать генерала собранными фактами и сделанными предположениями. Это радовало, но умеренно. Шерлок Холмс поставил бы нам максимум троечку: что-то мы раскопали, но сами дело до конца не довели, передали профессионалам.

В лаконичном изложении Дмитрия Андреевича история выглядела такой простой и понятной, что я почти устыдилась собственной тупости. Как же мы сами не разобрались? Почему тыкались туда-сюда, как слепые котята? До очевидной вещи не додумались!

– Их было двое. Два творческих молодых человека, оба из Китая и по фамилии Ван, – сказал генерал. – Ван Бо и Ван Цзычен.

– Надо же, какое совпадение! – изумилась тетушка.

– Не такое уж удивительное, – не согласился с ней Дмитрий Андреевич. – Это самая распространенная фамилия в Китае, там ее носят почти три миллиона человек. Даже в местной китайской диаспоре больше сотни Ванов, а всего в Санкт-Петербурге, по неофициальным данным, проживают от пяти до десяти тысяч граждан КНР, порядка семидесяти процентов из них – студенты вузов. В том, что наши два Вана встретились, тоже нет ничего удивительного: молодежь из Поднебесной традиционно держится вместе.

– Они и жили вдвоем, я правильно поняла? – Моя падающая самооценка требовала подпорок в виде подтверждения правильности хотя бы некоторых догадок.