Бойницы заставы ожили вспышками выстрелов, время от времени кто-то из боевиков падал, но остальные упорно двигались вперед. За бегущими боевиками несколько чеченцев тащили безоткатное орудие.

Первые из моджахедов, оказавшись поблизости крепостной стены, укрылись за ближайшими кочками и открыли ответный огонь. То там, то тут зазвучали хлопки взрывов.

Прапорщик Латышев заменил в автомате магазин, передернув затвор, вскинул оружие, готовясь стрелять, но тут увидел черное жерло безоткатной пушки.

– Атас-с! – только успел крикнуть Алексей, отпрянув от бойницы.

Мощный взрыв всколыхнул стену заставы, вовнутрь бастиона веером ударили осколки камней, образовав огромный пролом.

– Аллах акбар! – наперебой зазвучали радостные возгласы боевиков, и стрельба сразу усилилась.

Егор Кутягин, оглушенный взрывом, тем не менее успел вовремя среагировать. Метнувшись в угол, схватил подрывную машинку «МОН-100» и вдавил кнопку активизации взрывателя. Новый взрыв хлестанул по наступающим стальными шариками шрапнели, разрывая все на своем пути. Атака моджахедов захлебнулась.

Прапорщик средним пальцем прочистил заложенные взрывной волной уши. Вешая на плечо автомат, сокрушенно произнес:

– Ну, вот тебе, бабушка, и Юрьев день.

Бойцы не успели ему ответить, как из-за стены донесся знакомый голос Сабира:

– Эй, русские, как, вам еще головы не надоели? А я предупреждал. Хотите остаться в живых и честь свою сохранить, убейте мальчишку и бросьте нам его труп. Пять минут на раздумье, потом будем резать ваши бошки. Время пошло.

– Боже, какой же он нудный, – досадливо поморщился Даркович, меняя в пулемете ленту. Но на его реплику никто не отозвался.

Под сводами бастиона наступила гробовая тишина.

– Ну, что будем делать? – спросил командир, обращаясь к разведчикам.

– А что, выход один, избавиться от мальчишки, – поглядывая в амбразуру, произнес старший сержант Артемов. – А как? Это выбор командования.

– Значит, я или прапорщик Латышев должны перерезать мальчишке горло? Еще кто так считает? – лицо Кутягина исказилось первобытной злобой.

Со своего места неожиданно взвился Иван Погожий, в два прыжка он оказался возле Артемова. Короткий, без взмаха удар сбил старшего сержанта с ног, тот рухнул к ногам бортмеханика Мухина.

– Сволочь, у меня брат такого возраста, – рычал Иван, готовый броситься в драку.

– А у меня сын чуть младше, – бортач не особо сильно пнул лежащего ботинком под ребра и презрительно сплюнул.

– Да вы что, пацаны, думаете, я струсил? Я же… я за всех, – воскликнул обиженно Олег Артемов, но ему ответом было презрительное молчание.

– Ладно, все, прения закончены, – подвел итог обсуждений капитан-лейтенант Кутягин. – Вот наш ответ Чемберлену, – он рывком поднес ребро ладони левой руки к локтю правой.