— И как я после этого крокодила, — говорю вслух, постукивая по рулю, — сяду за свою малышку?

Парковка перед рестораном забита донельзя, поэтому приходится ставить автомобиль почти за целый квартал рядом с новым бизнес-центром. Я глушу двигатель, но не сразу выхожу на улицу. Еще раз пробегаюсь любопытным взглядом по салону и касаюсь кожаной обивки сидений. Потрясающе. О таком внедорожнике можно только мечтать. Я открываю дверь машины и резко вздрагиваю от громкого голоса.

— Какого черта? — передо мной стоит разъяренная Алиса. Ее ноздри раздуваются от злости, а в глазах полыхает ярость.

 — Какого черта ты разъезжаешь на машине моего мужа?

— Алиса, здравствуй! Какая встреча! — восклицаю я. — Какими судьбами здесь?

— Не заговаривай мне зубы, — злится она, скрещивая руки перед собой. — Спрашиваю тебя еще раз: что ты делаешь за рулём автомобиля моего мужа?

— Какого мужа? Фиктивного? — ставлю машину на сигнализацию и прохожу мимо девушки.

— Не лезь, Агния, в мою семью, — кричит Алиса.

Я останавливаюсь. Делаю глубокий вдох и поворачиваюсь. Вижу перед собой несчастную беременную женщину, которая даже несмотря на все свои козни, не обрела того, о чем мечтает любой человек.

— Алиса, очнись! У тебя нет и никогда не было семьи с Даниилом. И я тебе больше скажу: ее никогда не будет! Просто прими это, наконец, и займись своей жизнью. Тем более, в твоем положении, — я кидаю беглый взгляд на ее уже большой живот, — думать ты должна только о ребенке. Я мать, и поверь, я знаю, о чем говорю.

— Ты как-то пронюхала, что у нас с Даней все наладилось, и решила вернуться спустя столько лет и все изгадить! — кажется, ее голос слышен даже на соседней улице.

 — Собралась повесить на него ребенка…

— Его ребенка, — уточняю, а в глазах Алисы мелькает испуг. Я киваю головой в подтверждение ее догадки. — Но вот твой малыш не имеет к Воскресенскому никакого отношения.

— Это не так! — рявкает она.

— Алиса, это не мое дело, и в отличие от тебя палки в колеса я никому вставлять не буду. Я всего лишь надеюсь, что у тебя хватит ума сказать правду. Даниил рано или поздно все выяснит, и тогда… Ты ведь сама понимаешь, что тогда будет. А теперь извини, у меня встреча. И подумай о ребенке.

Я ухожу вперёд и не слышу, что говорить Алиса.

Вернее, не хочу слышать. Мне жаль ее. Она в погоне за Воскресенским просто вычеркнула несколько лет жизни, а ее одержимость этим мужчиной кажется пугающей. Я думаю, лучшее, что сейчас она может сделать, это поработать с психоаналитиком. Как минимум для того, чтобы доносить ребенка и предстать перед ним адекватной матерью.

— Агния, привет! Я рад тебя видеть, — Глеб целует меня в щёку, после чего галантно отодвигает мой стул.

— Здравствуй! — сдержанно произношу я, слегка улыбаясь.