Натянуто улыбнулась, уже понимая, какие сложности нас ожидают в будущем, ведь Богиня сказала отдать малыша, Безгласые ради него готовы показаться даже при свете дня, а мы… на это не согласны. Как не поддаться эмоциям? Как теперь противостоять даже новоиспеченному мужу? Как наступить себе на горло и поступить довольно жестоко, тем самым обрекая своего же ребенка на ужасные муки. Я полюбила эту маленькую крохотульку, живущую во мне, и ни за что в жизни бы не отправила в Чернолесье.

— К сожалению, нам придется сдержать обещание, — сказала резко, душой и мыслями не соглашаясь с собственными словами, и поднялась на ноги. — С тобой или без тебя я сделаю это.

— Лисая! — разозлился Агфар.

— Извини, что приняла решение одна. Теперь у меня был выбор. И я его сделала, — сказала и, стиснув челюсти, быстро зашагала по заросшей тропе к заброшенному храму Отверженной.

— Ты ходила в храм Безгласых? — спросил Агфар, сев на край кровати.

Я отвела взгляд. Не хотела, чтобы он об этом узнал.

— Мне нельзя говорить, — покачала я головой и замычала от очередной схватки. А едва тянущая боль ушла, откинулась на подушку и, тяжело дыша, произнесла: — Это… ради его рождения.

— Лисая, — прижался он губами к тыльной стороне моей ладони.

До сих пор муж был против моего решения. Однако это недовольство никогда не перерастало в ссоры. Нам удавалось жить в мире и решать проблемы, сколько бы их не свалилось на наши головы. Но главное — это удавалось только вместе. Сложилось впечатление, что поодиночке у нас ничего не выходит. А стоило мне или Агфару прийти на помощь, как все тут же налаживалось. Потому мы довольно скоро смогли улучшить дела имения, почти очистили наши имена после скандала от разрыва с Илинаей и нашей поспешной свадьбой, сумели выстоять против недовольства родных и даже скрыть мою беременность.

Каждый вечер я засыпала в объятьях любимого человека и поражалась, как мне удалось его встретить. Почему Безгласые позволили?

— Поставь купол, — часто задышала я от новой схватки. — Слышишь? Сделай купол немедленно!

Комнату заполнил мой крик. Я выслушала указания повитухи и сжала простыни в кулак. Едва боль отступила, сосредоточилась на своей эши и покрыла сделанную Агфаром защиту белым слоем, в надежде защитить ребенка от прихода духа.

— Не отпускай, — простонала я, схватив ладонь мужа. — Никогда не отпускай.

— Не переживай, все будет хорошо, — снова повторил он, последнее время все чаще произнося эти слова. — Мы со всем справимся.

Видно, он тоже опасался приближения отведенного срока, хотя не подавал виду. Старался быть опорой и поддержкой. Оберегал от любых волнений. Но тоже переживал из-за необходимости отвезти нашего ребенка в Чернолесье.