— Когда мы вошли, ключи раскачивались…

Он кинулся вон из комнаты, таща меня за руку, как на буксире, затем замер посреди коридора, прислушиваясь. И тут до меня донесся едва слышный шум. Кто-то осторожно прошел прямо под нами.

Я потянула Мишку за рукав, сделала знак молчать и ткнула пальцем в пол, он согласно кивнул, и мы на цыпочках пошли дальше, стараясь не дышать. Ступенька лестницы предательски скрипнула, мы замерли, и человек там внизу тоже, потому что шагов я больше не слышала. Уже не таясь, мы сбежали по лестнице и оказались в коридоре, а прямо перед нами метнулось что-то черное, Мишка швырнул фонарик, раздался негромкий крик, а вслед за этим грохнул , выстрел, я завизжала, Мишка толкнул меня в спину, сбивая с ног.

Я обхватила голову руками, боясь повернуться, и вновь услышала выстрел, потом страшный грохот и топот ног. Где-то хлопнула дверь, а я решилась поднять голову. Мишка в нескольких метрах от меня сидел на полу, и в темноте, не видя его лица, я вдруг подумала, что его убили, взвизгнула и бросилась к нему, не помня себя от ужаса, но он сказал:

— Найди фонарик, ни черта не видно.

 — Я так обрадовалась, что на время забыла о грозящей нам опасности, включила фонарь и смогла убедиться, что никаких увечий у Мишки не наблюдается. — По башке мне двинул, — пожаловался он. — Вот этой штукой. — И продемонстрировал пистолет.

Тут как раз взвыли милицейские сирены, а мы мигом сообразили, что находимся в клубе, неподалеку сидит убитый сторож, а у Мишки пистолет в руке. Нас точно подбросило.

— Сматываемся, — рявкнул он и кинулся к двери в подвал, я с замиранием сердца ожидала самого худшего: а если убийца воспользовался этой дверью, а потом запер ее? Разве Мишка успеет открыть ее до появления милиции? А если этот тип поджидает нас в подвале? Впрочем, у нас теперь есть пистолет…

Дверь оказалась незапертой, и в подвале нас никто не поджидал, но мир вокруг словно взбесился: тишину, царившую в клубе, сменил невероятный шум: что-то гремело, звенело и выло, хлопали двери, грохотали шаги, а мы неслись как угорелые, уронили коробки, умудрились протиснуться к двери и даже ее захлопнули.

— Наверх, — скомандовал Мишка. Вместо того, чтобы воспользоваться окошком и вылезти во двор, мы стали подниматься по шаткой лестнице без перил сначала на второй этаж, а потом на чердак, вылезли через чердачное окно и по покатой крыше спустились к примыкающему одноэтажному зданию обувного магазина.

Здесь была пожарная лестница, чтобы спуститься по ней, потребовалось полминуты. Мы оказались в узком переулке между двух домов, выскочили на проспект и, взявшись за руки, зашагали в сторону парка, где устроились на скамье и наконец-то смогли отдышаться.