Но, когда Селдон повернулся, чтобы уйти, Император вдруг сказал:

– Погодите, погодите. Я вдруг вспомнил одно стихотворение…

– Что это значит? – хмуро спросил Селдон.

– Это значит, что, хотя дела в Империи идут из рук вон плохо, в ней все равно есть богатые люди. Почему бы не обратиться к кому-нибудь из наших меценатов? У них нет своего парламента, и они могут, если захотят, просто взять и выписать чек.

– Мистер Биндрис, – сказал Гэри Селдон, протягивая руку для приветствия, – я так рад возможности видеть вас. Вы очень добры, что согласились встретиться со мной.

– Это приятно. Следовательно, вы слышали о психоистории.

– О да, какой интеллигентный человек о ней не слышал! Не скажу, конечно, чтобы я что-то в ней понимал. А кто эта юная леди с вами?

– Какая красавица! – причмокнул Биндрис и почтительно поклонился Ванде. – Но рука у вас, милочка, по-моему, тяжелая, а?

– Вы преувеличиваете, сэр.

– Не думаю, не думаю… Ну, прошу садиться, и скажите мне, что я могу сделать для вас.

Биндрис сделал широкий жест, указывая на два удобных широких кресла, стоявших у письменного стола.

И кресла, и сам украшенный резьбой стол, и широкие двери, которые разъехались при приближении гостей, и сверкающий, выложенный обсидиановыми плитами пол кабинета Биндриса – все было роскошное, восхитительной, тонкой работы. Но Биндрис на этом роскошном фоне выглядел совсем невыразительно – маленький, желтолицый. С первого взгляда в нем никак нельзя было признать одного из крупнейших финансовых воротил Трентора.

– Мы пришли к вам, сэр, по совету Императора.

– Императора?! Вот как?!

– Да. Он нам помочь не сумел, но сказал, что, может быть, нам сумеет помочь такой человек, как вы.

Вопрос, конечно, упирается в деньги.

– В деньги? – нахмурился Биндрис. – Я вас не понял.

– Видите ли, – сказал Селдон, – почти сорок лет психоисторию финансировало правительство. Однако времена меняются. И Империя теперь не та, что была когда-то.

– У Императора денег для того, чтобы поддержать нас, нет, и даже если бы они были, ему пришлось бы обратиться за утверждением субсидии в парламент, а там бы этот вопрос не прошел. Поэтому он посоветовал мне обратиться к бизнесменам, у которых пока еще есть деньги и которые могут раскошелиться на благое дело.

Наступила длиннющая пауза. Наконец Биндрис сухо проговорил:

– Император, я боюсь, ничего не знает о бизнесе. Сколько вам нужно?

– Мистер Биндрис, дело очень серьезное. Мне понадобится несколько миллионов.

– Несколько миллионов?!

– Речь идет о займе? Когда вы сумеете вернуть долг?

– Мистер Биндрис, честно говоря, я не обещаю вернуть долг. Я ищу безвозмездной субсидии.