Два романа, которые предшествуют основной трилогии «Академия» Айзека Азимова.Молодой ученый Хари Селдон открывает алгоритмы, позволяющие математически предсказывать общественное развитие. Он называет это психоисторией. А вот для императора Клеона Первого психоистория – возможность предсказывать и направлять развитие его Галактической империи. Именно поэтому Селдон, как главный теоретик психоистории, становится самым разыскиваемым человеком в колонизированной вселенной. Ему предстоит не только создать Академию, но и предотвратить политический кризис, который почти обрушил Галактическую империю.«Эпическая история взлета и падения галактической империи будущего». – IO9«Удивительный рассказ о том, как знание – понимание функционирования нашего общества – может изменить историю и сделать мир лучше». – THE GUARDIAN«Роман показывает самого Азимова, олицетворенного в Селдоне. Огромный интеллект и интерес психоисторика, его беспокойство о будущем науки в темные времена, его разочарование перед лицом смерти – все это звучит особо остро и правдиво». – PUBLISHERS WEEKLY«Увлекательный портрет уникального человека на фоне "взлета и падения галактической империи"». – LIBRARY JOURNAL«Трогательное прощание великого фантаста». – KIRKUS REVIEWS

PRELUDE TO FOUNDATION

Copyright © 1988 by Nightfall, Inc.

Forward the Foundation

Copyright © 1993 by Nightfall, Inc.

© Н. Сосновская, перевод на русский язык, 2023

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

Подавив зевок, Клеон проговорил:

– Скажи, Демерзель, ты случайно не слыхал о человеке по имени Гэри Селдон?

Клеон царствовал уже более десяти лет и порой, в особо важных случаях, облаченный в парадные одежды и при всех регалиях, ухитрялся-таки производить впечатление могущественного правителя. Ну, например, такого, каким выглядел на голографическом изображении, что красовалось в нише стены у него за спиной. Располагалось оно так, чтобы производить как можно более выгодное по сравнению с фигурами предков Клеона, скромно разместившимися в других нишах, впечатление.

Изображение, надо сказать, не совсем соответствовало действительности. Каштановые волосы Императора на деле были не такими густыми; правый уголок верхней губы был опущен, а левый приподнят. Непонятно, с какой стати, однако эти досадные мелочи в изображении отсутствовали. Вдобавок, если бы Император встал рядом со своей статуей, рост которой составлял один метр восемьдесят три сантиметра, сразу стало бы заметно, что живой Клеон сантиметра на два пониже и не такой уж стройный.

Но изображение сделали тогда, когда Клеон еще только-только короновался, а в ту пору он был моложе.